Прапорщик Корнеев делал решительные шаги по восстановлению батареи. Его взглядом скользнулись строения, где лежали ящики с оружием. Стоя над одним из них, он прикинул в уме и фыркнул. "Сделаю", — произнёс он, но добавил шепотом: "Только дай посмотрюсь, осторожно! Мне еще твою задницу обратно к Кэпу вести!" В эти моменты атмосфера казалась напряжённой и опасной, как будто каждое слово могло изменить ход событий....
Они просто решили проскочить, чтобы добрать до своего штаба, что находился в первом лагере, но не смогли…
Противотанковая мина ТМ-62, которую Шут припрятал на неровной каменистой дороге, закопав в пыль, попалась как раз на пути этого драбадана. Рвануло знатно — правда, с каким-то запозданием. Заднюю часть бронеавтомобиля круто подкинуло в воздух, там что-то даже несильно взорвалось, отвалился фрагмент брони. Что-то загорелось. Лопнуло колесо. Видимо, после такого справиться с управлением было сложно, потому что этот, частично объятый пламенем, частично бронированный драбадан резко свернул и покатился куда-то влево, где был обрыв.
Где-то там внизу раздался грохот, лязг металла. Взрыв."
"Мы с Кэпом посмотрели на Корнеева, а тот только пожал плечами.
— Ну а что⁈ — спросил он, почесав щетину на подбородке. — У меня это случайно получилось!
— Красиво! — похвалил Клюшкин, оказавшийся рядом. — Без единого выстрела!
— Все, валим отсюда! Пока сюда еще авианосец не пригнали!
Остальной транспорт мы заминировали, использовав гранаты.
Уже начинало светать. На часах половина пятого.
— Кэп, куда? — спросил Женька Смирнов.
— На границу! — твердо заявил Игнатьев, скосив на меня взгляд.
— Кэп, а пленные?
— Мы не можем и не будем так рисковать! — отозвался он. — Макс, ты прекрасно понимаешь, что я не могу отдать такой приказ.
— Можешь! — возмутился я. — Не бросай парней! Они же могут! Им помощь нужна! Я вселил в них надежду, дал им план как действовать.
— Нет! — упрямо заявил тот. — И не уговаривай! У нас обязательства! Приказ понятен?
— Более чем! — ответил я. — Но ты совершаешь ошибку!
— Может быть… Однако командир группы я, отвечать тоже мне!
Больше я ничего говорить не стал.
Крепко задумался. Кэпа можно понять — у группы не было задачи спасать пленных, о них вообще никто не знал. А вот вывезти шифр диски — дело первостепенной важности.
Игнатьев, заметив перемены на моем лице. — Осуждаешь?
— Да… Нормально!
— Пока есть время, рассказывай, что там произошло, с того момента, как ты попал во второй лагерь. Что видел? Какая обстановка?
— Ну… Кэп, все куда серьезнее, чем мы думали! — твердо произнес я. — Тот самый лидер оппозиции, Теймураз Костолом, про которого нам ранее говорил торговец Ахмед, находится здесь. Это важная шишка, которая находится под влиянием американцев.
