Автор
В камере привычное течение времени замерло, но в душе Сталкера борьба не утихала. Через каждые четвертый день он засекает время на календаре и черным маркером вычеркивает дату — своего рода жест против бездны, которую он сталкивался в тюрьме. Сталкер оставляет следы гнева и надежды на свободу, но сам виновен в уничтожении себя....
Это не сон. Я не сплю, и Феникс контролирует мое тело, чтобы заставить меня забыть о настоящем кошмаре.
Скромная правда. Он создает идеальную ложь.
Для меня.
В тот момент, когда я понимаю, почему он это делает, я все отпускаю.
Мои мышцы расслабляются, глаза частично прикрыты, и сердцебиение успокаивается, пока Феникс толкается в меня, все еще удерживая, чтобы сымитировать воспоминания. Он делает это не для моего или своего удовольствия. Он хочет заменить одно воспоминание другим. Стереть из моего сердца плохое и заменить своим.
Он становится плохим парнем, чтобы спасти меня.
— Прости меня, — шепчет он мне на ухо, звук напоминает бой барабана.
— Все в порядке, — бормочу я в ладонь, сосредоточившись на его стонах. Я закрываю глаза и чувствую запах, представляю его лицо, улыбку, волосы, пирсинг, мускулистое тело и все, что помню. Чувствую, как он лежит на мне, пронизывая мое тело, и я принимаю его вторжение. Чувствую, как распадаюсь на части, и в тот же момент становлюсь единой. Такой свободной. Такой сломанной.
Феникс наклоняется и еще раз целует меня в щеку.
— Не думай ни о чем, кроме тебя и меня. Больше ничего нет, ничего промежуточного. Только мы.
Кивнув, я позволяю моему телу подниматься и опускаться вместе с ним, когда он толкается в меня и выходит, продолжает играть с моим клитором, пробуждая во мне желание высвобождения. Он крепче удерживает меня за затылок, словно хочет задушить. Вспоминаются смутные кусочки былых моментов, но каждый раз, когда думаю об этом, все, что возникает перед глазами, — его лицо.
Феникс.
Это работает.
Он увеличивает давление на мое горло, заставляя задыхаться, когда у меня не хватает воздуха. Я не сопротивляюсь ему… потому что в глубине души знаю, что это мне поможет.
Он наклоняется, и его слова подобны меду для зависимой от сладкого души.
— Я люблю тебя.
Он повторяет это снова и снова, пока мои пальцы не затекают, в голове не чувствуется легкость, а тело не достигает эйфории.
— Кончай, Принцесса. Сделай это для меня. Отпусти все, — шепчет он.
Я кончаю по его команде. Вот так просто. Словно его голос контролирует мое тело, как раба, повинующегося хозяину.
Может быть, я и есть рабыня в его порочной версии любви.
Мне уже все равно. Прямо сейчас все, что мне нужно, находится прямо на мне, захватывая дух, и в переносном, и в буквальном смысле.
Мои мышцы продолжают сокращаться вокруг его ствола, заставляя его пульсировать во мне.
