Автор
В камере привычное течение времени замерло, но в душе Сталкера борьба не утихала. Через каждые четвертый день он засекает время на календаре и черным маркером вычеркивает дату — своего рода жест против бездны, которую он сталкивался в тюрьме. Сталкер оставляет следы гнева и надежды на свободу, но сам виновен в уничтожении себя....
— Нет, подожди! — Я становлюсь у нее на пути. — Не уходи от меня.
— А почему нет? Ты ведь делаешь то же самое.
Хмурюсь.
— Я ни от чего не ухожу.
Она тычет пальцем в мою грудь, указывая на место, где находится сердце.
— Ты отдаляешься от правильного, и то, что ты делаешь сейчас… ошибка.
Хватаю ее за руку и тяну, заставляя ее сделать шаг ближе.
— Они мои друзья, Ванесса. Ты не можешь просить меня бросить их. Это тоже неправильно.
— Ты зависаешь не с теми. Они не твои друзья. В любом случае, не хорошие. — Она смотрит на меня, заправляя свои каштановые пряди за уши, и впервые я чувствую нечто большее, чем простое счастье при виде нее.
Что-то поднимается во мне. Что-то первобытное, но я отталкиваю это, потому что оно несет с собой плохое чувство.
— Тогда что мне делать? Навеки оставаться одиноким? Вообще не иметь друзей? С тех пор, как на меня повесили ярлык куска дерьма, они единственные, кто у меня есть. На случай, если ты не заметила, я начал это в той же степени, что и ты.
Она кривится.
— Это удар ниже пояса, и ты знаешь это. Как ты смеешь? — Ее глаза увлажняются, и я сжимаюсь всем телом, видя ее боль. — Я думала, что была твоим другом. Но кажется, этого для тебя недостаточно.
Она снова пытается увернуться и уйти, но я хватаю обе ее руки и толкаю к стене со всей своей силой. Рычу и громко выдыхаю, пытаясь успокоиться. Вся сдерживаемая ярость выходит из меня, пока Ванесса ежится подо мной. Ее хрупкую фигурку очень легко удержать на месте.
Как девушка так внезапно стала такой привлекательной?
Словно я никогда не замечал, какая она красивая.
— Ты меня пугаешь, — произносит она высоким голосом, который переводит все мои чувства в состояние тревоги.
Я наклоняюсь ниже, загипнотизированный ее блестящими глазами и розовыми приоткрытыми губами. Они заставляют меня прикасаться к ней так, как я никогда не думал.
Так что я приближаюсь к ее губам, ожидая, что она меня оттолкнет. Ей стоит. Ванесса ненавидит меня за то, что я сделал, питает ко мне отвращение за то, что я выбрал неправильное.
