– Он случайно не принес нам новый обогреватель?
– Нет, это… для тебя. От меня.
Зельда подошла к шкафу и достала из него плоский квадратный подарок, завернутый в плотную красную упаковку и перевязанный черной лентой.
– Ты ни за что не догадаешься, что это, – проговорила она, подходя к столу. – За миллион лет не угадаешь, что может лежать в этом похожем на пластинку свертке.
Она положила свой подарок рядом с моим, потом опустилась на диван.
– Ага. Мы с Дарлин и ребятами с работы собираемся в бар. Хочешь с нами? Пойдем! Если у тебя есть силы.
Я сел на стул рядом с ней.
– Ты ни за что не догадаешься, кто мне его подарил.
– Позор на твою голову, Росси. Тебе будет так стыдно, когда ты узнаешь, что это подарок от миссис Сантино.
– Да ладно тебе. – Она вытянула руку и стукнула меня по плечу. – Серьезно, что ли?
– А еще она со мной разговаривала.
– Она умеет разговаривать?
– На итальянском, так что я ничего не понял, но да.
– А я успела его подзабыть. Не припомнишь, что именно она говорила? Возможно, она открыла тебе тайны вселенной.
Я приподнял руки в знак капитуляции.
– Ничего себе, – протянула Зельда. – Стоит уехать на один день, как все меняется.
– Итак, – произнесла Зельда. – Во сколько начинается праздник?
Я взглянул на телефон.
– Дарлин с Кайлом должны прийти минут через двадцать. Остальные придут сразу в бар. Но мне необязательно идти.
– Еще как обязательно. Но пока у тебя есть немного времени.
Она встала и вручила мне квадратный подарок.
– С Рождеством тебя.
Она снова улеглась на диване, вытянув ноги и прижав скрещенные руки к груди.
Я снял подарочную упаковку, и в моих руках оказался Рождественский альбом Фрэнка Синатры. Я опустил его на колени и где-то с минуту просидел так, ничего не говоря.
– У моего дедушки была такая пластинка, – сказал я, проводя пальцами по обложке и чувствуя, как в голове начинают кружиться воспоминания. – Мы включали ее каждый год. А потом она потерялась или ее кто-то продал. По крайней мере, когда я вышел из тюрьмы, ее уже не было.
Я поднял голову и заглянул в ее зеленые глаза.
Я взял со стола ее подарок и положил ей на колени.
– Ого, Коуплэнд, не нужно было, – сказала она, снимая с крышки бантик цвета шампанского и открывая бежевую коробку.
– О, боже, – прошептала она и достала снежный шар из гнездышка, образованного бумажным наполнителем. Я наблюдал, как она вертит его в руках, а потом аккуратно встряхивает. На несколько мгновений елку окутали снежинки.
Я потер рукой затылок.
