Я не понимала, что нужно этому типу, но по тому, как довольно заулыбался Аруг и поджал губы Дишлан, поняла, что этот старик не на моей стороне. — Я держала притон, я занималась контрабандой, я уже была ночной королевой и судила по законам ночного города, если уж на то пошло!
— Этого мало, — покачал головой старец, — притон ты держала, будучи под покровительством Гирема, контрабанда тоже была под его контролем, да и судила ты его именем. А вот на что способна ты сама, мы не знаем. Верно?! — обратился он ко всем, кто был на площади.
И к моему ужасу толпа была с ним согласна. То тут то там раздавались крики:
— Без Гирема Елька просто девка!
— Пусть эта светлость валит в свой Высокий город!
Даже те, кто несколько минут назад радостно хлопали в ладоши подтверждая мое право на ночной титул, точно так же радостно были готовы прогнать меня прочь.
— Но как я еще могу доказать, что достойна?! — воскликнула я, — если вы все готовы перевернуть и переиначить! Гирем помогал мне, но все же мой успех больше моя заслуга, а не его! И герцогиней я стала без него!
Но старец не слушал мои доводы. Он широко улыбнулся и заявил:
— Сразись с ним, — кивнул он в сторону довольного Аруга, которого Дишлан уже выпустил из рук. — Один на один. На смерть. Кто победит, тот и будет править. Так завещали наши предки.
— Я согласен! — заорал радостно Аруг, хотя только что еле дышал, после удушающей хватки Дишлана.
— Что?! — ахнула я, невольно отступая на шаг назад. И еле сдержалась, чтобы истерично не завопить. Сразись? Сразись?! Один на один?!
Толпа возликовала, поддерживая предложение старика. Они орали, как сумасшедшие. Радовались. Как будто бы не понимали, что прямо сейчас меня убьют.
Спине стало холодно. Ледяная волна пронеслась по телу промораживая меня насквозь. Это был даже не страх, не ужас или паника. Это было что-то гораздо большее — дыхание безнадежности. Я даже не говорю о том, что не умею драться. Я попросту не смогу поднять руку на человека. Да, я однажды убила троих насильников, напавших на бедную Катрилу, но, во-первых, это была не совсем я. А, во-вторых,что-то мне подсказывало, что этого совсем недостаточно, чтобы у меня появился хотя бы малейший шанс выжить.
И почему я не училась у Жерена, когда была возможность?
Старик с любопытством наблюдал за мной.
— Нет, — решительно тряхнула я головой, отгоняя панику, — я не буду драться!
Старик сухо рассмеялся и покачал головой:
— У тебя нет выбора. Ты кинула вызов ночному королю и должна ответить за свои слова. Или они, — он кивнул на ликующую толпу, — убьют тебя раньше, чем ты уйдешь с площади.
— У меня и так нет выбора! — воскликнула я. — Я — женщина, я слабее него, — кивнула на абсолютно счастливого Аруга, смотревшего на меня с презрительно-снисходительной улыбкой. Он снова был на коне.