Старшеклассник без клана оказывается в центре событий, когда его мир меняется из-за странного явления Апелляции кибер-аутсайдера 5. Между персонажами возникают напряженные диалоги о контроле эмоций и скрытых планах, что порождает неловкий конфликт и интригу.
— И я не претендую на роль симпатичной тебе личности, увы. Кстати, ты что, в свой кабинет учащегося принципиально не заходишь?
— Да. Там же даже для натурала есть опция.
Молча лезу, куда сказано.
Освобождение от занятий предоставляется на время судебного заседания... процесс #... по адресу... федеральный суд... здание #...
— Ничосе, — задумчиво тру затылок. — А я и забыл, что сюда нужно заглядывать.
Не скажешь же ему вслух, что в интерфейс я теперь хожу не через "натуральный" шлюз. Просто делаю это по понятным причинам без авторизации — соответственно, вне доступа в личный кабинет.
— До конца дочитай, — предлагает светило педагогики.
... исполнитель: блок искусственного интеллекта #... государственная лицензия... акт сертификации... дата...
— Тьху ты. — Получается, освобождение не от завуча, а вообще от школьного робота.
Вылезаю из кресла, аккуратно выбрасывая за собой пустой бумажный стакан в мусорное ведро в углу:
— В любом случае, спасибо за беседу.
— Не за что, оно для обоих было познавательно. И это, Седьков, — оклик преподавателя останавливает меня уже у самой двери.
Сейчас он на удивление серьёзен и собран.
"Зрением" вижу, что все его расширения почему-то отключены, а концентратор переведён в режим торможения.
Смотрится как ночной город с высоты полёта, в котором резко отрубили всё электричество: темно и необычно. У других подобного пока не видел (хоть лечилка для зубов, да кое-что по мелочи — но пара приложений в фоновом режиме всегда работают).
— Там наши тебя сразу в стойло ставить будут пытаться в суде.
— В каком плане? И какая мне разница? Сегменты против моей цифры рейтинга теперь не тянут. На этой территории.
— На процесс Гене обязательно дадут защиту из консульства.
— Это не адвоката федерации, как было бы у тебя, к примеру; а сотрудника юридического отдела посольства, — поясняет завуч. — Там автоматическая аккредитаци... Впрочем, оно тебе не надо, — вдруг спохватывается Трофимов. — Он скорее всего церемониться не станет и первым делом перейдёт на личности. — Видя мою задумчивость, великий педагог продолжает. — Если бы адвокат был гражданином федерации, на соблюдение этикета и правил приличия можно было бы рассчитывать. Однако не сейчас. Мне показалось, этот нюанс существенный — ты же вечно цепляешься к форме коммуникации? Порой даже в обход её содержания?
— Принял, спасибо. И что из этого?
— Родина не в курсе, что ты здесь так приподнялся! Первой тактикой защиты будет, — он мнётся, потом всё-таки заканчивает.
