Старшеклассник без клана оказывается в центре событий, когда его мир меняется из-за странного явления Апелляции кибер-аутсайдера 5. Между персонажами возникают напряженные диалоги о контроле эмоций и скрытых планах, что порождает неловкий конфликт и интригу.
Но на этот случай у неё имелся чит брата, о котором нельзя было упомянуть вслух именно сейчас, но который мог великолепно сжигать или отключать чужой нейропродукт на чужом же носителе или в чужих каналах даже на некоторой дистанции.
Не на огромной совсем, но в условиях школьного мордобоя на вполне достаточной.
— Если в такой формулировке сказать, для всех получится, что я с тобой ровня. — Хань упрямо искала подвох там, где его не было. — Если ты просто помиришься со мной без прилюдных условий, всё вернётся, как было. У меня появится полный иммунитет. В чём тогда твоя выгода?
— Ты дура или невнимательно слушаешь? — Миру честно постаралась, чтобы улыбка была открытой. — Во-первых, я глава школьного совета, а ты теперь нет. Ты уже не выше, если мы об официальной иерархии.
— Бля. Забыла по инерции.
— Во-вторых, если я пройду мимо и злорадно оставлю тебя выпутываться самостоятельно, какой-то части меня будет приятно, не скрою.
— Но Виктор огорчится, сказала же! Будет нервничать просто потому, что он такой вот своеобразный, — Миру покосилась на одноклассника. — Твою ситуацию в силу специфического менталитета он воспринял остро. Когда-нибудь, если я сейчас поймаю молчанку, он сможет припомнить мне и отсутствие великодушия, и недостаточное благородство, и всё тому подобное. Мне кажется, его народ просто мыслит иначе, чем мы. Нахера мне такая перспектива?
— Возможно... Похоже на правду...
— Ну а дальше — чистая математика, — фыркнула Хамасаки. — Не помочь тебе и получить неизвестные риски в семье? Или помочь — но плюнуть на идею мести?
У бывшей подруги сейчас работает целый комплекс. То, что "семья" сказано без натяжек, она наверняка видит. А ведь она даже не предполагает, что именно за семья, хихикнула мысленно японка.
— Рациональнее конечно без рисков, — угрюмо проворчала Сяовэнь. — Особенно если величина и срок отсюда не измеряются. Получается бесконечный риск в перспективе.
— Ну видишь, соображаешь же. — Миру передернула плечами. — Ты же не считаешь меня дурой? Так что никакого фальшивого великодушия. Голый рационализм и исключительно моя забота обо мне, любимой. — Похоже, в некоторых случаях эффективнее объяснять не собственным языком, а понятиями собеседника.
Получается убедительнее.
— А как ты сейчас без импланта работаешь медициной? — бывшая подруга назвала приложение. — Я вижу, у тебя активно.
— Тебе все секреты на месте рассказать? — открыто улыбнулась Хамасаки.
