Семен Михайлович откашлялся, выставил вперед ногу и начал новый монолог:
– Великий император Нерон обожал творог. Рецепт пришел к нам из глубины веков. Значит, так, берем панхель, фружутовое масло, семена тычки, зелень рамиса и, естественно, творог. Все смешиваем, растираем, заворачиваем в лист скряки, замораживаем, отмораживаем, варим, потом запекаем, посыпаем тертым мисуном и… приятного аппетита. Желаете попробовать?
– Нет, нет, спасибо, у меня.., э.., аллергия на мисун.
– Какая жалость! – с подлинным состраданием в голосе воскликнул официант.
– Ерунда, – отмахнулась я, – выпью сейчас водички и побегу.
На лицо Семена Михайловича наполз ужас.
– Отпустить посетительницу голодной! Возьмите пашот с гренками! Очень легкая еда, такая не отяжелит желудок!
Я ощутила невероятное облегчение, наконец-то слышу два знакомых слова: паштет и гренки.
– Не успеете вздохнуть, как завтрак поспеет, – потер руки Семен Михайлович и хлопнул в ладоши.
Поднялась суета, Антон порысил на кухню, Олег бросился накрывать на стол. Передо мной появились приборы, четыре чайные ложки, столько же ножей, солонка, перечница, баночка с неизвестной сушеной травой, бутылочки с оливковым маслом и уксусом. Я сидела, замерев, словно кролик в гостях у кобры. Наконец материализовался Антон с подносом.
– Прошу, наслаждайтесь! – воскликнул Семен Михайлович. – Не смеем мешать, лишь последний вопрос: какую музыку вы предпочитаете? Чем сопроводить трапезу?
– Доверяю вашему вкусу.
Семен Михайлович прослезился от умиления. Кланяясь и пятясь задом, обслуживающий персонал испарился.
Я осталась наедине с паштетом и гренками, и чем дольше обозревала поданное яство, тем сильней удивлялась.
Одинокий кусочек поджаренного хлеба был овальной формы, без корки и очень маленький, просто крохотный, хорошая порция для Дюймовочки, а мне на четверть укуса. Впрочем, ничем, кроме кукольного размера, тостик не поразил, но вот паштет!
На тарелке возвышался стакан, похоже, сделанный из крутого, бездрожжевого теста, заполненный странной дрожащей массой бело-желтого цвета. Я ткнула в нее ложечкой, зачерпнула малую толику, попробовала и поняла, что паштет сделан не из мяса, больше всего он напоминал омлет, приготовленный для язвенников в момент обострения их малоприятной болячки: нечто кашеобразное, безвкусное, несоленое. Терпеть не могу подобную еду, да еще стаканчик из теста оказался тверже некуда, о такой легко можно сломать зубы.
Но делать нечего, нужно слопать заказанное.
