"
"Все, кто был моложе девяноста, восхищенно таращились ей вслед. И было от чего – наряд для Сони они подбирали вместе, скрупулезнейшим образом обсуждая каждую мелочь. Она никоим образом не должна была походить на проститутку: мало-мальски опытный, потершийся по жизни мужик, тем более обремененный большими деньгами, от явной профессионалки, неважно, дешевой или дорогой, шарахнется инстинктивно в такой вот ситуации, прекрасно понимая, что завести она его может не в постельку, а под кастеты сообщников… С другой стороны, Соня должна была выглядеть достаточно сексапильно и нести во всем облике невысказанный намек на доступность.
Куда там Юдашкину и Славе Зайцеву – перед ними, счастливцами, подобная задача никогда не стояла и вряд ли встанет…
Однако справились, кажется. Бежевая юбка обтягивала бедра и попку, словно вторая кожа, и далее свободно падала до щиколоток, но имела сзади весьма аморальный разрез. Если уж у Родиона, изучившего это тело во всех подробностях, кровь искрилась электрическими разрядами, что говорить о посторонних? Вишневая кофточка не особенно и обтягивала, но вырез был убойным – и в вырезе, отсверкивая изумрудиками, спускалась к ложбинке меж грудями довольно массивная золотая цепочка. Три кольца – одно из них с бриллиантиками – завершали картину. А каштановый парик был из натуральных волос.
Одежду они купили в самых дорогих шантарских магазинах, а выбирая драгоценности, вконец задергали двух продавщиц. Сонина экипировка влетела в копеечку, но все расходы должны были стократ окупиться при удаче. Холеная и избалованная дочка денежного папы, игрушечка столь же денежного мужа, деловая женщина – кто угодно, только не профессионалка… Даже неизбежные кавказцы, конечно же, обитавшие в аэропорту стаями и стайками, восхищенно взирали издали, но подходить опасались. «Точно, справились», – сказал себе Родион облегченно, наблюдая явление дорогой красавицы на нижнем этаже. Она шествовала с царственным пренебрежением к окружающим, а те, поганцы, трахали глазами, распуская слюни. Пожалуй, он вытащил выигрышный билетик – если там, в новой жизни, одеть ее еще лучше и увешать побрякушками помассивнее, завистники станут падать в штабеля и поленницы…
Лицо у нее, как и полагалось по сценарию, было грустным. Она спустилась на первый этаж по правой лестнице—а недешевый бар располагался в левой оконечности прямоугольного зала, так что Соне нужно было пройти его во всю длину, как и было задумано… Родиону показалось, что он слышит внизу отчаянный хруст шейных позвонков – это синхронно поворачивались мужские головы, словно железные опилки, попавшие в магнитное поле.