Автор
Осень медленно наступает, освещая августовские дни яркой, но все более тихой краской. В темные часы ночи под городским парком Горького искреннее молчание становится ветерком прохлады, где каждое звукоизменение привлекает внимание. Здесь можно укрыться от мира, наблюдая за луной, пробивающейся сквозь листву, или просто глядя на бесконечную водную даль.
Я: Предлагаю поставить мне экзамен мехом, но интуиция подсказывает, не договоримся… Значит, придется чем-то покорять. Готовить, так как ты я не умею. Музыкальным слухом не обладаю. Не представляю, чем тебя можно удивить. Танец с бубном? Стих? Прыжок с парашюта? Могу волосы перекрасить.
И: Я до сих пор зол из-за твоего побега, а ты продолжаешь напрашиваться. Волосы не трогай! К клубу парашютистов, чтобы близко не приближалась! А вот на танец я готов посмотреть, как только заживет твой бок. А теперь ложись и не вставай. Чуть не забыл, к экзамену придется готовиться, никаких «мехов»!
Я: А ты меня прокатишь на своем Harley-Davidson?
Набралась я наглости и озвучила свое тайное желание — прокатиться с ним на мотоцикле. На огромно скорости, чтобы ветер бил в лицо! А я раскину руки, уткнусь ему в спину и буду лететь навстречу ветру!
И: Нет!
«Вот же Коршун! Я просто так спросила, но мог же ответить не так категорично!»
Пока я мысленно возмущалась, от него прилетело еще одно сообщение.
И: Я подумаю, Мелкая. А теперь не мешай проводить занятие. Вечером приеду, заберу тебя.
Я: Куда заберешь? В больницу я не вернусь, а до дома доберусь сама.
Игнат не стал мне отвечать. Догадывалась, что он планирует за моим выздоровлением лично следить, но я не могла оставаться у него в квартире. Это не значит, что не хотела. Если отбросить эмоции в сторону и подумать трезво, нам не стоит сближаться.
Я только стала примиряться с мыслью, что наши дороги больше никогда не пересекутся. Весь этот месяц, когда я оставалась одна, укутывалась в его куртку, вспоминала все, что между нами произошло, и запрещала себе реветь. Наша ночь, как подарок судьбы, как миг, который не должен больше повториться."
"Я этот месяц не прожила, а просуществовала. Наблюдала три раза в неделю, как он равнодушно смотрит сквозь меня. Ладно бы от этого моя любовь стала меньше, так нет же, меня все также тянуло к Игнату, и других я просто не замечала!
В жизни Воронова с той ночи ничего не изменилось. Он не расстался со своей девушкой, не хранил мне верность, не переживал и не страдал, как я.
Провести с ним еще несколько ночей, а потом? Наблюдать за тем, как он женится на другой? Или увидеть его полный презрения взгляд, когда он выяснит, что я дочь Тополева Глеба Александровича?
— Ты что загрустила? — вошла в комнату Саша. На большом подносе она принесла нам полноценный обед из нескольких блюд.
— Зачем сюда? Давай пойдем в кухню.
