Автор
В Петербурге Лыков оказался под запрещенной чужой властью: генерал-майор Курлов обвинял его в невиновных действиях. Здесь он столкнулся с темной стороной российской жизни, где право и закон служат лишь средством для власти над простыми людьми. Столица беглых: тенистый мир преступлений и независимых от общества людей, где каждый шаг подозревается в недобросовестности, а признание невиновности каритает смерть....
— Кто же им помогает? Тунгусы? Чалдоны? За деньги вполне возможно… — рассудил Лыков.
— За золото еще, — добавил штабс-капитан. — Недалеко от Назимова есть прииски, туда кого попало берут, паспорта не спрашивают. А то можно его, золотишко, самому намыть, хищническим способом. Если повезет или знать места.
— Деньги… — повторил коллежский советник. — Откуда они у ссыльного? И сколько может стоить побег из Туруханска?
Сухобрус пожал плечами:"
"— Сам не бегал, не знаю. Но несколько сотен придется отдать, навряд ли меньше.
— Допустим, я достал три-пять сотен. Дальше что?
— Дальше ищете помощника из местных. Который проведет до Монастырского, а еще лучше спустит вниз по Енисею. Например, на такой вот илимке при помощи собак.
— Но ведь ссыльные обязаны отмечаться у стражника.
— Раз в неделю он приходит, — отмахнулся штабс-капитан. — Да и то можно соврать: или рыбу ловить нанялся, или телеграфную линию починяет, а то в соседний станок двинул, в картишки перекинуться с другими ссыльными.
— Про линию не понял, — остановил попутчика Лыков.
— Видите, вон она вдоль берега тянется. И так до Диксона. Чуть не две тысячи верст. Столбы надо подправлять, менять, усиливать. Почтово-телеграфное ведомство за это платит. Ремонт телеграфа — исконное занятие ссыльнопоселенцев, чалдоны никогда за него не берутся. Им надо, пока лето, рыбы и мяса наморозить, ягод да грибов набрать. У иного запашка есть, особенно южнее, там рожь кое-как да вызревает.
— Хорошо, — согласился Алексей Николаевич, — я достал деньги и нашел помощника. Обманул стражника с урядником, которые считают, что я подправляю телеграф и скоро вернусь. Сколько они так будут думать?
— До осени могут.
— Дальше что?
— Дальше верный чалдон везет вас вверх по Енисею. Докуда получится.
— Я попадаю на ваш кордон в этом, как его?
— В Ворогове, — подсказал штабс-капитан.
— Как же я там проскочу через стражников?
— Нет ничего невозможного.
Лыков не унимался:
— Проскочил я Ворогово. Сколько мне идти дальше?
— До Енисейска пятьсот верст, но беглому туда не надо, там его поймают. Беглому нужно в большой город, где можно затеряться и где железная дорога.
