Автор
В Петербурге Лыков оказался под запрещенной чужой властью: генерал-майор Курлов обвинял его в невиновных действиях. Здесь он столкнулся с темной стороной российской жизни, где право и закон служат лишь средством для власти над простыми людьми. Столица беглых: тенистый мир преступлений и независимых от общества людей, где каждый шаг подозревается в недобросовестности, а признание невиновности каритает смерть....
Решено, начинаем трясти Яшку, как назвал предателя подполковник Козлов.
Алексей Николаевич в Иркутске более всего доверял Самохвалову. С него он и начал. Еще вчера сыщик договорился с начальником ГЖУ, что будет ловить шпионов при помощи охранного отделения. Познанский охотно доверил столь щекотливое дело ротмистру.
Лыков явился к Самохвалову и с порога спросил:
— Приказ полковника получили?
— Точно так, — ответил тот. — Это вы меня сунули в кашу? Мало мне своих дел…
— Не сердитесь, Александр Ильич. Сунул вас шталмейстер Курлов.
Он пересказал сведения, услышанные от подполковника Козлова.
— Поняли значение? В Иркутске целая шпионская сеть, и наш любимец Нико тоже состоит в ней. Запасает динамит для диверсий. А пропажа войскового старшины Обрезкова с секретными документами? Неужели и это спустим мерзавцу?
— Что требуется от меня? — деловито осведомился ротмистр.
— Я по пути сюда заглянул в адресный стол.
"— Да. Вся дрянь почему-то именно там проживает.
— Служит Зайден приказчиком склада колониальных, аптекарских и перевязочных товаров Савченко и Ананьева, что на Кузнецкой улице.
— Ага, — сообразил жандарм. — Японский резидент торгует лекарствами. И это объясняет его частые встречи с агентом.
— Верно. Мы должны взять Зайдена под осторожное наблюдение. Выявить, с кем он общается, особенно из числа военных. Например, писари штаба округа — лакомый кусок для любого вербовщика.
— А самого резидента? За ним тоже надо бы присмотреть.
— Опасаюсь, Александр Ильич, — честно сознался сыщик. — Все-таки кадровый разведчик. И вы думаете, он на малолюдных улицах Иркутска не заметит вашего филера? Нет, давайте лучше наблюдать крестьянина из ссыльных. Для начала.
— А что с Нико Ононашвили?
— Есть идея.
— А это законно? — усомнился ротмистр.
— Да стукну телеграмму Курлову, и будет законно. Александр Ильич, пошли к Грану вместе. Следует навести порядок в продаже динамита. Перекроем воздух и японцам, и экспроприаторам Нико.
