Автор
С первым колокольным звоном Киев разразился жизни и опасности. Бородатые стражники на улицах Города скрипят подкованными сапогами, как будто ждут чуда или беды. Мощный колокольный гул проникает в каждую щелку и постель города, ожидая приключений.
дарю...
Грохот волн и рев бури заглушили ее слова. Он только видел, как распухшие от холода губы шевельнулись, затем ее с силой прижало всем телом к его груди. Томас напрягся, задержал дыхание. Тяжелая волна ударила, как лавина, едва не расплющила вместе с панцирем.
Чувство полнейшей беспомощности охватило Томаса с такой силой, что в глазах потемнело. Волны, как живые, озверевшие горы, ветер швыряет полуразбитый корабль, как щепку. Нет противника, с которым можно бы сразиться и красиво погибнуть. Мачты уже сломаны, паруса унесло бурей, борта разбиты.
Сквозь рев бури они услышали страшный треск. Их швырнуло на доски, Томас едва не вылетел вслед за волнами, что без препятствий перехлестывались через разбитый корабль. Руку едва не выдернуло из плеча: он намотал на нее канат, другой рукой прижимал к груди Яру.
Ветер ревел, волны швыряли в лицо злые брызги, но Томас внезапно ощутил, что уже слышит свой сорванный голос. Буря явно ушла дальше, море начало успокаиваться.
В полной темноте он услышал свой сиплый голос:
— Похоже, нас выбросило на камни.
"— Если следующая волна не смоет... — донесся едва слышный голос от его груди.
— Не дадимся, — заверил он, но с чувством полнейшей беспомощности понимал, что от него ничего не зависит. Тьма, хоть глаза выколи, не видно, что рядом.
В небе блеснул просвет, затем тучи снова сомкнулись, но просветлело сразу в двух местах, наконец блеснули мелкие холодные звезды. Небо начало очищаться.
— Смотри! — вскрикнула Яра.
Край тучи озарился ярким светом, выглянула луна.
— Не шевелись, — предупредил Томас, — и даже не дыши!
Яра была прижата к его груди щекой, он не видел ее глаз, только ощутил едва заметное движение, словно она хотела кивнуть.
Когда наступил слабый рассвет, Томас спустил на веревке Яру, затем слез сам.
— Брошу!.. Не понимаешь, что так я устойчивее?
Он вышел, преодолевая волны, упал месте с нею на камни. Задубевшее тело не слушалось, он чувствовал, что душа расстается с телом.
Яра потрясла его за плечи.
— Смотри!
Ближе чем в полумиле горел огонек в окнах рыбацкого домика.
