В огромной радуге над лесом звучало пение птиц, восстановляющее дух и душу после скитаний. Прошел еще один год кажущейся бесконечности жизни. Алакдар задумчиво пересчитывал в уме свои года — триста семьдесят шесть. Физически он выглядел еще крепким, но на вид ему было лет сорок, оставаясь в постоянном противоречии с самим собой и окружающим миром....
На наше счастье ударная волна накатилась на дракар с кормы, и мы потеряли только унесенную за борт сломавшуюся мачту. Обрубив канаты перепутавшегося такелажа, экипаж с удвоенной силой налег на весла.
Смерть игралась с нами как кошка с мышкой то, отпуская, то снова вцепляясь в наши души своими когтями. Чтобы подавить в себе ужас и не сойти с ума, я пилил, рубил, строгал, укрепляя палубу дракара, и устанавливал дополнительные распорки в трюме. Мы с Ингуром крепили бочки с водой и заколачивали досками ненужные люки. Затем сбросив в воду все лишнее с палубы, мы затащили в трюм мифриловые трубы и снова ставили распорки и монтировали что-то наподобие привязных ремней для экипажа.
Под утро следующего дня на острове с интервалом в полчаса произошли еще три мощных взрыва, затем лава начала переливаться через край кратера переполненного вулкана и сразу стало светло как днем. На наше счастье ветер уносил тучи пепла на северо-запад в сторону гвельфийского Тарона, и нам пока не грозило сгореть заживо под огненным дождем.
Постепенно ветер начал меняться на попутный, и мы решили поставить временную мачту и поднять парус, но не успели этого сделать. На Таноле снова рвануло, и в воздух забил чудовищный фонтан раскаленной лавы. Гигантский кроваво-красный цветок цвел над островом всего несколько минут и остров, окутавшись стеной пара поднявшейся до небес, словно провалился под воду.
Я как завороженный смотрел на это апокалиптическое зрелище и с ужасом увидел, как на месте гибели острова поднимается огромная волна.
– Все в трюм, весла не забудьте с собой взять! – заорал я, и последним из экипажа нырнул в люк.
Мы с Ингуром лихорадочно заколотили люк гвоздями и подставили под него заранее подготовленные подпорки. В кромешной темноте слышалось только надрывное дыхание отчаявшихся людей, ожидающих неминуемую смерть. Через некоторое время за бортом послышался отдаленный рев приближающейся волны и я, прижав к себе дрожащую Викану, уцепился рукой за поперечную балку.
