В огромной радуге над лесом звучало пение птиц, восстановляющее дух и душу после скитаний. Прошел еще один год кажущейся бесконечности жизни. Алакдар задумчиво пересчитывал в уме свои года — триста семьдесят шесть. Физически он выглядел еще крепким, но на вид ему было лет сорок, оставаясь в постоянном противоречии с самим собой и окружающим миром.
В результате этого я стал самым настоящим гвельфом, приобретя оливковый оттенок, мало отличающийся по цвету от кожи Виканы. Это обстоятельство очень развеселило принцессу, и она до самого вечера давилась от смеха глядя на нас с братом.
Одежду мы тоже попытались отстирать, но не тут-то было, она тоже покрылась тонким слоем голубой глины и подсохнув, встала колом, как одежда героев фильма 'Джентльмены удачи'. Мои опасения, что неожиданная грязевая ванна может выйти нам боком, были развеяны принцессой, заявившей, что нам несказанно повезло, и мы вымазались в целебной глине грязевого вулкана, который пробил себе дорогу на поверхность где-то поблизости. Такие места на Геоне очень редки, вулканы появляются на срок не более месяца, и глина из них стоит чуть ли не на вес золота. Викана окончательно разорвав свою нижнюю рубашку, соорудила из нее подобие комплекта бикини, принимала самые живописные позы в лучах заходящего солнца, и я думаю не без злого умысла. Ингур увидав преобразившуюся принцессу, сразу злобно зашипел, бубня себе под нос:
– Ну, вот опять взялась за свои женские штучки, шастает в чем мать родила и не дает спокойно заниматься делами. Мало ее отец в детстве порол!
Меня от этого зрелища бросало то в жар, то в холод и я сидел, словно пришибленный пытаясь делать вид, что ремонтирую шалаш. Мало того что у меня от любви последние мозги вышибло, к тому же такой красоты я не видел даже в лучших глянцевых журналах Земли. Красавицы с ярких обложек на девяносто процентов произведение фотошопа, а здесь все 'naturel', кожу девушки покрывал нечаянный 'бодиарт', при этом заостренные ушки и эльфийские пропорции тела, в общем полный 'караул'. Викана пыталась что-то мне говорить, но я ее не слышал и только мычал в ответ. Такая реакция только раззадорила гвельфийку, и она взялась за нас с Ингуром всерьез, исполнив гвельфийский танец живота под звонкую песенку.
– Ты полная дура сестренка? Правильно говорят, что 'волос длинный ум короткий'! Ты чего добиваешься? Ты хочешь, чтобы Ингара удар хватил? Он из-за тебя только что с того света вернулся, а ты на нем свои бабские трюки отрабатываешь! Я твой брат и знаю тебя с детства, мне все твои уловки знакомы и то меня трясет как припадочного. Тебе мало покойного Юсуфа? Я сейчас возьму за шкирку и прополоскаю в болоте, может быть тогда, в себя придешь! Кыш отсюда за шалаш, сиди там и приготовь хотя бы чай! – взорвался Ингур.
– Ой! – пискнула Викана и, прикрывшись руками, убежала за камышовую стену.
