В жарком лесу, где каждая капля дождя пришивала к коже, телеги сворачивались на маленькой полянке у дороги. Седой воин прокричал "Привал!", и ассасины спешились, чтобы расседлать лошадей. Лес надул под коричневыми деревьями как парная, дождь непрерывно хлынул с ветвей.
Единственной частью тела до этого не подвергавшейся санобработке, была сломанная левая нога. Последствия перелома и ожогов практически полностью уничтожили его магические способности. Большой внутренний запас 'Силы' дал Ингару возможность продержаться на этом свете до того момента, когда его нашел 'Первый'. В дальнейшем вся забота о его лечении легла на плечи шака. Этот громила оказался нежней и заботливей иной родной матери. 'Первый' кормил Ингара с ложечки, обихаживал, обмывал, убирал за ним дерьмо, согревал по ночам своим телом.
– Это что ты тут делаешь? Прекрати немедленно, я не давал тебе разрешения снимать лубки, – прервал мои размышления голос вернувшегося шака.
– 'Первый' пожалуйста, не ругайся, кость у меня уже срослась хорошо, а нога чесалась неимоверно.
– Мог меня подождать, я бы сам снял лубки и обработал ногу. Теперь сиди и жди, пока я еду приготовлю и займусь тобой.
Я покорно вздохнул и стал дожидаться обеда. Наши отношения с 'Первым' претерпели разительные изменения. В начале нашего знакомства я был полновластным хозяином и рабовладельцем. Мое доброе отношение к шаку являлось заботой хозяина о любимой собаке и только.
