В жарком лесу, где каждая капля дождя пришивала к коже, телеги сворачивались на маленькой полянке у дороги. Седой воин прокричал "Привал!", и ассасины спешились, чтобы расседлать лошадей. Лес надул под коричневыми деревьями как парная, дождь непрерывно хлынул с ветвей.
Над головой у меня оказался люк с решеткой, только уже с замком и на петлях. Долго не заморачиваясь, я срезал замок и открыл решетку. Люк привел меня в небольшую комнату с какими-то задвижками и рычагами. Все механизмы сгнили до основания и давно не работали. В комнату через окно на стене пробивался солнечный свет. Стекло покрывала вековая грязь и мне с трудом удалось очистить небольшой его кусок, чтобы посмотреть наружу. Окно выходило на круглое озеро, в которое вытекала вода из трубы, только выше и левее ее.
– 'Первый', ты прыгаешь вниз, затем я кидаю к тебе Тузика, а потом прыгаю сам. Ты понял?
– Да.
– Тогда вперед.
Шак солдатиком спрыгнул вниз, подняв фонтаны брызг, и через минуту уже сидел на карнизе, дожидаясь нас. Я взял упирающегося Тузика за шкирку и сбросил в люк. Щенок с визгом плюхнулся в воду и поплыл к 'Первому'. Теперь насупила моя очередь.
"Задерживаться в трубе было нельзя, нужно сматываться отсюда пока не вернулись дикари.
Заночевать нам пришлось в каком-то буреломе, подальше от тропы.
