В жарком лесу, где каждая капля дождя пришивала к коже, телеги сворачивались на маленькой полянке у дороги. Седой воин прокричал "Привал!", и ассасины спешились, чтобы расседлать лошадей. Лес надул под коричневыми деревьями как парная, дождь непрерывно хлынул с ветвей.
Костер мы разжигать не стали и улеглись прямо на траву, согревая друг друга своими телами. Тузик служил мне в качестве подушки, и я заснул буквально в одно мгновение.
Утром я разжег костер и 'Первый' приготовил скудный завтрак из остатков продуктов, найденных в мешке. Снова начался многочасовой забег по лесу. К полудню мы окончательно выдохлись и решили сделать привал. Есть было нечего и 'Первый начал выстругивать новый лук, а я занялся ревизией размокших стрел. Тузик убежал обследовать округу, оставив нас одних.
Прошел еще один день нашего путешествия и к полудню 'Первый' доложил, что скоро мы доберемся до башни. Лес стал значительно реже и в нем начали появляться большие поляны заросшие кустарником. Мы стали передвигаться значительно осторожнее, но вокруг было не души, даже птицы не пели в кронах деревьев. Чувствовалось дыхание пустоши. Воздух стал намного суше и трава на земле пожухла.
– Хозяин здесь была стоянка, на которую тебя раненого привезли.
Мы осмотрели поляну, и нашли только старые кострища и следы от давно проезжавших здесь телег. Ничего удивительного с момента боя в пустоши прошло больше трех месяцев. Через пару часов 'Первый' вывел нас к развалинам башни. Башня оказалась небольшой и не такой древней как канализация.
