В ночном лесу шагает зверь со змеиным языком, выискивающим запахи добычи в предвкушении еды. Тело оленя-химеры покрыто слоем коры, и на его спине удерживается лишь когтевая решетка — готовясь к очередной молниеносной атаке на свою добычу.
Капитан с матросами в это время развлекались в таверне на берегу, а Торвин находился на арендованном корабле вместе с Рисом, шаками, четырьмя матросами и капитанским грузом. Ночью раненому капитану и двум матросам удалось пробиться на корабль и чудом увести его из города. В Керану теперь дороги нет, и нам нужно пробираться к кораблю в камышовые плавни. Выходить нужно немедленно, пока войска не разослали патрули по округе.
Торвин спросил, не встречали ли мы большой отряд арбов по дороге. Я ответил, что этот отряд попал в засаду имперцев и полностью уничтожен.
— Это война! — сказал наемник и покачал головой.
Времени терять было нельзя, и мы поспешили вслед за Торвином. Нам пришлось два часа продираться через лес, пока мы не вышли к тропинке между скал. Передохнув полчаса, наш отряд углубился в лабиринт развалин. То, что раньше было огромным городом, теперь представляло собой холмистое пространство, заросшее лесом и кустарником. Каждый такой холм раньше являлся каким-то зданием или сооружением, но только вблизи можно было отличить дело рук человеческих от созданного природой.
К полуночи, выбившись из сил, мы остановились у развалин какого-то моста или акведука. Первый занялся лошадьми, а остальные члены отряда приступили к приготовлению скудного ужина. Моей ауре требовалась подзарядка, и я стал искать луч Силы.
Со стоянки внизу потянуло запахом каши, сбившим мой романтический настрой.
