Автор
В древних речах оставалась угроза: каждый поколение потомков одного семьи должен был служить Дьяволу и следовать его злому велению. Благородных отличали по-кошачьи желтые глаза, символизирующие сверхъестественную силу. Кто же, согласно легенде, станет обладателем могущества, превосходящего все известное?...
Однако Хуанита выходить из игры не желала!
Она набросилась на него, когда они верхом на лошадях вернулись в табор. Стоило ему спуститься с коня, как она обняла его и так прижала к себе, что он чуть не задохнулся. Голова у нее была перевязана, но это ее не беспокоило. Потом она на весь вечер словно приклеилась к нему.
Большинство обитателей табора были напуганы и задумались, увидев огромных собак. Но спутник Ветле так хорошо поговорил с людьми и показал, какую пользу могут принести псы, например, охраняя табор от нежелательных посетителей, что они постепенно сдались.
"Собаки казалось были счастливы, бегали по табору, обнюхивали все в своем новом доме. Чувствовать себя свободными для них было прекрасно, и все в таборе обращались с ними дружелюбно или с уважением, в зависимости от настроения. Только один попытался пнуть пса, когда он подошел к нему слишком близко. Собака сразу оскалила свои белые зубы и так зарычала, что мужчине быстро пришлось убраться подальше.
Вечером разгорелась горячая дискуссия. Ветле ушел и лег спать, но он слышал их возбужденные голоса и чаще всего говорила Хуанита. Не все достигало его ушей, многого он не понимал, но имя его и Маноло упоминалось неоднократно, и он понял, что она пыталась уговорить их разрешить ей поехать с ним, с Ветле, и не выходить замуж.
Благоразумный шаг. Все люди хотят знать свои корни, свою родину, встретиться со своими близкими.
Хуанита хотела увидеть свою мать.
Однако Ветле сомневался в том, что ее мать захочет встретиться с дочерью.
Он почти заснул, когда девочка вошла, бросилась к его постели и растормошила его.
— Ветле, ты ведь хочешь взять ответственность за меня на себя, хочешь? В этом случае я смогу поехать с тобой.
— Во Францию? Взглянуть на свою родину, поговорить с мамой?
— Да, да.
Он тяжело дышал. До Франции не так уж далеко. И он не очень-то хотел видеть Хуаниту замужем за ужасным Маноло.
— Конечно возьму тебя с собой, — ответил он устало.
— Спасибо! — прошептала Хуанита и одарила его крепким поцелуем. Он отвернулся и, скорчив сердитую гримасу, вытер лицо рукой.
Он слышал ее щебечущий радостный голос, когда она выскочила из пещеры к остальным.
Песни и музыка на прискальной площадке продолжались. Все это звучало бесконечно красиво. Грусть и радость этого гонимого народа передавались в звуках.
Прекрасные люди, думал он.
