Автор
Леса, связанная и запертая в ловушке своего подсознания, пытается сохранить равновесие между бешеной ненавистью к окружающему миру и неизбежностью самопожертвования. Атмосфера книги "Страшно любить ангела" создает ощущение невидимого давления, где каждое дыхание становится напряжённым испытанием для духа....
Не верю! Не верю!! Не верю!! Этого просто не может быть! Поднимаю обезумевшие от горя глаза на мужчин, окидываю их взглядом. Уставшие, измученные, еле стоящие на ногах. Они сделали все, что могли, чтобы вытащить нас отсюда. Но так и не сумевшие защитить друга… Нет-нет-нет! Я его не оставлю! Я буду бороться за его жизнь до последнего! Он бы сделал именно так!
— Смотрите! Он дышит! — показываю рукою на слабо вздымающуюся грудь. Слов не хватает. Безнадежность окутывает с головой. — Мы должны попытаться, — произношу сквозь слезы, безуспешно стараюсь его оттащить к выходу.
Мои слова, видимо, подействовали. Мужчины подорвались с места и кинулись мне помогать. Я не помню себя от боли, что в клочья разрывает душу, сердце разлетается на куски. Слезы безостановочным потоком льются из глаз, порой переходя в рыдания.
— Денис, мой хороший… Мой милый… Любимый… Держись, умоляю тебя. Ты держись! — шепчу своему мужчине на ухо, прижимаюсь к его голове.
Мы летим на бешеной скорости по трассе. Обстановка в машине напряжена до предела.
— Поворачивай направо! — кричу, что есть мочи. — Сворачивай в лес!! — требую от мужчины за рулём. Он недоверчиво переглядывается со Стасом, тот едва различимо кивает, и водитель выкручивает руль. Машину начинает заносить, прибавляет газ, выравнивается и едет по грунтовой дороге, углубляясь в чащу леса.
— Леся? — вопросительно спрашивает Стас.
— Эта дорога выведет нас прямо к клинике Алекса, — упрямо заявляю ему. — Тут дорога прямая!! — не сдерживаясь ни на миг, требую от мужчины. — Гони!
На меня смотрят, как на дуру, но все же водитель нажимает педаль в пол. Машина несётся через лес, разрезая тишину громким ревом мотора. Я знаю эту дорогу отлично. У папиного друга дача неподалеку.
