В темном доме после скандала все чувствуют холод и непонятность. Жара от асфальта лишь придает неуютности, но главное — ужасное чувство чего-то неопределенного впереди. Отпустившиеся ночью огоньки не помогают развеять туманы неведомого будущего.
Это совершенно неважно, как в милиции квалифицируют ее поведение и что подумает про нее невестка. В данном случае важно одно: следует немедленно защитить Кирюшу. Его начнут таскать в милицию, да еще невестка, эта непотопляемая нахалка, захочет вернуться в их семейный дом… Нет, этого Вера Анатольевна не допустит! У нее есть еще в запасе козырной туз в рукаве!
Внизу она увидела телефон на столе дежурного и попросила позвонить по очень срочному делу. Дежурный хотел было отказать ей в этом, но не такая женщина Вера Анатольевна, чтобы перед ней мог устоять какой-то дежурный, пусть даже и милиционер!
Как только Вера Анатольевна набрала номер, отпечатанный на картонном прямоугольнике, в другом конце города, в подвальном помещении включился громоздкий магнитофон.
В наше время цифровой обработки информации, миниатюрных электронных устройств, которые можно купить на каждом шагу, чуть ли не в газетном киоске, эта дорогая громоздкая система кому-то могла бы показаться устаревшей, неудобной, даже смешной.
Кому-то, но не профессионалу.
Профессионалы тайного наблюдения, кадровые работники спецслужб знают, что нет ничего надежнее этого громоздкого устройства, разработанного и широко применявшегося КГБ.
Мужчина с нездоровым цветом лица, вызванным постоянной работой в помещении без окон, прислушался к разговору и, как только понял, о чем сообщает Вера Анатольевна, схватил телефонную трубку.
— Шеф, — торопливо доложил он, — активизировалась основная линия. Перехвачен звонок Второму. Разговор ведется из сорок первого отделения милиции, говорит женщина. Суть разговора… — И он вкратце пересказал своему начальнику сообщение Веры Анатольевны.
Я вышла из милиции в ужасном настроении.
