В темном доме после скандала все чувствуют холод и непонятность. Жара от асфальта лишь придает неуютности, но главное — ужасное чувство чего-то неопределенного впереди. Отпустившиеся ночью огоньки не помогают развеять туманы неведомого будущего.
Но, услышав про ужин, бешенство застило мне глаза, я схватила со столика в прихожей стеклянную вазу и метнула ее в муженька. Он уклонился весьма ловко, и ваза, ударившись о дверь, разбилась на множество кусков.
Кирюша понял, что я не шучу, и растерялся. Как я уже говорила, было пару раз, когда мы с ним скандалили, но до рукоприкладства никогда не доходило. И вазы я ему в голову до сих пор не швыряла. Муж решил, что от меня всего можно ожидать, и со страху осмелел.
— Ты что — сдурела? — заорал он. — Что себе позволяешь? Убить могла!
— И убила бы, — с ненавистью процедила я, — да только рук марать неохота.
— Да ты что? — завопил Кирюша в праведном негодовании. — Да с чего ты это взяла? Никого у меня нет!
— Я вас видела! — заорала я, полностью съехав с тормозов. — Ты с ней выходил из дома Сергея!
— Да быть того не может! — стоял на своем Кирюша. — Это был не я! Я вообще полных женщин не люблю, ты же знаешь! И у Сергея не был, он же в командировке.
Как видно, он твердо усвоил истину, что в семейных ссорах главное — это все отрицать.
— Да? — Я выхватила у него из рук барсетку и потрясла ее.
На пол вывалились ключи. Естественно, не от дома. У нас старая, хоть и дубовая, дверь, которая страшно скрипит, когда открывается. И замок самый простой и тоже старый. Свекровь утверждает, что у них в доме нечего красть, и тут я с ней абсолютно согласна, потому что мои кровные доллары надежно спрятаны за батареей.
Эти ключи были, несомненно, от квартиры Сергея, от дорогих немецких замков.
— А это что? — я зажала ключи в руках.
Кирюша понял, что отпираться бессмысленно, и нагло рассмеялся мне в лицо.
— Ну и что? Подумаешь, дело какое… А ты что, за мной шпионила?
— Паразит! — Я замахнулась и влепила ему здоровенную пощечину.
И в это самое время открылась дверь и на пороге показалась свекровь, как всегда, очень кстати.
— Что, что здесь происходит? — заквакала она. — Отчего вы так кричите в коридоре?
— Мама! — муженек зажимал щеку.
Невозможно представить, что сделалось со свекровью, когда она увидела своего ушибленного сыночка. Глаза ее засверкали праведным негодованием и еще больше вылезли из орбит. Сходство с жабой стало поразительным. Хотя до недавнего времени я ничего не имела против этих земноводных. И совершенно их не боялась. Впрочем, свекрови я тоже не испугалась, ее появление только придало мне еще больше здоровой спортивной злости.
