В темном доме после скандала все чувствуют холод и непонятность. Жара от асфальта лишь придает неуютности, но главное — ужасное чувство чего-то неопределенного впереди. Отпустившиеся ночью огоньки не помогают развеять туманы неведомого будущего.
— Лето же на дворе! Люди купальники покупают, сарафаны легкие, а тебе, блин, шуба понадобилась!»
Но Милка стояла на своем. Видите ли, ее приятельнице Кристинке любовник купил шубу, потому что летом это гораздо дешевле. Но у Кристинки любовник — бизнесмен, торгует куриными окорочками, он может себе такое позволить, а Сивцев — всего лишь капитан милиции…
«Нет шубы — нет любви!» — заявила подлая Милка и выпроводила Сивцева из своей квартиры. А лейтенант уже так настроился на эту самую любовь! Нет, все-таки женщины — ужасно меркантильные существа! Самое главное, что Милка была очень удобная любовница.
Грустные мысли капитана были неожиданно прерваны. Рядом с ним остановилась черная машина с тонированными стеклами.
— Здорово, капитан! — раздался из машины удивительно знакомый голос. — Садись, подвезу!
Капитан вздохнул и сел рядом с человеком в хорошо пошитом сером костюме.
— Что там за пожар у тебя приключился? — осведомился человек в сером, когда они отъехали от тротуара. — Жертвы были?
Сивцев еще раз вздохнул и приступил к подробному отчету.
Несколько позже двое мужчин в одинаковых, хорошо сшитых серых костюмах сидели за столиком в кафе на улице Некрасова.
— Ведь ты написал в своем отчете, что проследил за ними до самой квартиры! — голос начальника был тихим, но злым и раздраженным.
— Проследил, — подчиненный опустил глаза, но тут же снова поднял их на шефа, чтобы тот не заподозрил его в нечестности, — проследил до самой двери, потом выждал полчаса, чтобы дать им время… расположиться, и вошел к ним в квартиру.
— Что ты застал?
— Шеф, в моем отчете все точно изложено! Ее сумка валялась в прихожей на столике, я обыскал ее и вот… — Он протянул начальнику небольшую записную книжку в кожаном переплете.
