В темном доме после скандала все чувствуют холод и непонятность. Жара от асфальта лишь придает неуютности, но главное — ужасное чувство чего-то неопределенного впереди. Отпустившиеся ночью огоньки не помогают развеять туманы неведомого будущего.
Словно почувствовав причину моих колебаний, санитар убежденно проговорил:
— Дак ничего в этом плохого нету! Если бы в чужую квартиру, так я бы ни в жисть связываться не стал, а так, к себе домой попасть — это же святое дело! Ты что же, думаешь, Валерка — взломщик, что ли? Он только для того свои отмычки держит, чтобы помочь, если у кого неприятность какая случится. Это, считай, как спасатели из МЧС. Они ведь тоже, когда человек ключи потеряет или, к примеру, замок сломается, могут и отмычками открыть, и высверлить замок, а то и через балкон или через окно пролезут… только они деньги за это большие берут. Вот, у доктора Гизенпузена с урологии сын заснул крепко, а дверь изнутри на задвижку закрыл. Роман Борисович уж и звонил в дверь, и стучал — ноль эмоций, спит сыночек, как хомяк в норе. И по телефону тоже звонили — не снимает… Жена его говорит — может, плохо стало сыночку, нужно спасателей вызывать… Вызвали спасателей, двое парней приехали, молодые, ловкие. «Если, — говорят, — ему и правда плохо стало, так мы с вас и денег не возьмем». Короче, зашли в квартиру этажом выше и оттуда на веревках к Гизенпузенам на балкон спустились, дверь балконную открыли. Тут только парень наконец проснулся, глаза протер — в квартире чужие люди! Он как заверещит — караул, грабят! А спасатели ему — будешь так крепко спать, не только вещи, тебя самого вместе с диваном из квартиры вынесут!
Семеныч ненадолго удалился и вскоре снова пришел со связкой каких-то хитрых железок. Я вздохнула и отправилась вместе с ушлым санитаром «на дело»."
"К счастью, ни во дворе, ни на лестнице мы никого не встретили, благополучно добрались до дверей квартиры, в которой прошла моя не слишком удачная семейная жизнь. Семеныч вытащил связку отмычек и, что-то бормоча под нос, принялся копаться в замке.
— Ну вот, я же говорил, что никчемный замок у твоей свекрухи! — удовлетворенно проговорил он, когда железка провернулась в скважине и замок благополучно открылся, — ясное дело, коли она в библиотеке работает…
Он распахнул передо мной дверь, деликатно кашлянул и закончил:
— Ну, я тебе, это, мешать не буду. Мне обратно пора возвращаться, жмурики мои небось соскучились…
Я благодарно кивнула ему, вошла в квартиру и закрыла за собой дверь. Деликатность санитара меня умилила. Мне и самой хотелось собрать вещи без свидетелей.
Дверь моей, точнее, нашей с Кириллом комнаты была полуоткрыта. Я вошла туда и поразилось: здесь уже не осталось никаких следов моего пребывания.
