Вскоре дракон плавно начал снижаться, приближаясь к знакомым очертаниям дома сьера Райвена. Сначала показался сад, потом крыши, затем аккуратная, ухоженная лужайка за особняком. Я инстинктивно напряглась, ожидая удара, но дракон приземлился мягко, как огромная тень, почти бесшумно коснувшись травы. Его когти осторожно разжались, плавно опустив меня на ноги так, что я даже не пошатнулась.
Колени чуть подогнулись от переполнявших меня эмоций, но я все же устояла. Хоть голова и шла кругом.
За спиной послышался тихий, шуршащий звук, похожий на шелест листьев в ветреный день. Я резко обернулась и увидела, как огромная фигура дракона тает, растворяясь в вспышке магического света, оставляя после себя высокий мужской силуэт.
Сьер Райвен сделал шаг вперед, оказавшись в тусклом свете фонаря. Его глаза еще пылали янтарным огнем, лицо было напряженным и суровым, а одежда чуть помята после превращения. В эту секунду я смотрела на него иначе, чем прежде. Сейчас, на удивление себе самой, я ему… доверяла.
Сделала шаг навстречу Райвену, и ноги все же подкосились. Земля покачнулась под ногами. Голова резко закружилась, дыхание сбилось, будто я все еще находилась высоко над городом, в лапах дракона. Меня накрыло волной слабости, колени предательски подогнулись.
— Айвелин! — мужской голос звучал встревоженно, и в следующий миг я ощутила, как крепкие руки подхватили меня.
Тепло его ладони на моей талии, горячая рука, бережно поддерживающая голову, жар его тела так близко, что, казалось, между нами не осталось воздуха. Сердце забилось гулко и тяжело.
А затем меня накрыли чужие эмоции. Резкие, острые, почти болезненные в своей силе. Я ощущала его тревогу, настоящий, искренний страх за меня, такой сильный, что внутри болезненно что-то сжалось. И еще… что-то ускользающее.
Приоткрыла глаза и увидела прямо перед собой его лицо напряженное, но сейчас не суровое, а почти беззащитное от волнения. Его янтарные глаза горели тревогой, дыхание было сбивчивым и жарким, касаясь моей щеки.
— Это гончие? — его голос звучал будто сквозь вату в ушах.
Хотела ответить, сказать, что со мной все в порядке, но не смогла. Язык не слушался, унося сознание все дальше, и, чувствуя, как растворяюсь в тепле его рук, я провалилась в ласковую, манящую темноту.
42
Сознание возвращалось медленно. С ресниц сползла тяжесть, и я приоткрыла глаза, пытаясь понять, где нахожусь.
Сквозь туманную пелену различила знакомый высокий потолок гостиной, приглушенный ровный свет, разливающийся вокруг, и встревоженное лицо сьера Райвена, склонившегося надо мной. Его взгляд был напряжен, брови сведены, а дыхание прерывистым.
Медленно сфокусировавшись, я увидела в его руке блеснувший кинжал и поняла, что он собирается сделать.