В войну и послевоенный период - истории героических подвигов, шпионской хитрости и драматичных приключений. Струна времени тянется через секретные операции и беспрецедентные решения, оставляя за собой мощное эмоциональное пятно.
Ага, вот и овчарки… Я присмотрелся: буквально все ближайшие, кого мог рассмотреть, при наградах, хоть парочка медалей да сыщется, а у многих и ордена, у некоторых нашивки за ранения. Тоже бывалые ребята, сразу видно. Вполне может оказаться (отдельный батальон, мои впечатления от увиденных бойцов), что это не просто наши войска, а Осназ (спецназ, говоря по-современному). В любом случае не стоило и спрашивать, есть ли у них опыт прочесок, – кого попало не пошлют, никак они не похожи на желторотиков…
– Личный состав не завтракал? – спросил я.
– Никак нет.
– Тут такие дела, майор… – сказал я. – На котловое довольствие я вас взять, к сожалению, не могу, полевых кухонь у меня только две, к тому же две роты все наши запасы выметут под метелку… Сухим пайком, я так полагаю, вас обеспечили?
– Вполне, товарищ капитан."
"– Тогда сделаем так… – сказал я. – Пусть личный состав позавтракает, а сразу после завтрака вы с командирами взводов и рот – ко мне на инструктаж. Вопросы есть?
– Никак нет.
– Выполняйте.
Он козырнул, ловко повернулся через левое плечо и тем же быстрым пружинистым шагом направился к машинам. С первого взгляда мне понравился – именно такой, хваткий, со столь же хваткими ребятками тут и нужен.
С завтраком они управились примерно за четверть часа, после чего майор во главе всего офицерского состава явился ко мне. Я, он, двое ротных и восемь взводных – такой ораве в любой нашей палатке будет тесновато. Так что инструктаж я проводил в кузове того нашего «студера», что стоял пустой.
Традиционно спросив, есть ли вопросы (таковых, как я и ожидал, не оказалось), я распорядился:
– Товарища майора попрошу остаться, остальным вернуться к личному составу.
– Весь личный состав в вашем распоряжении. Я сейчас же пришлю.
