Здесь, под берегами зловещего озера, грифонята весело кричат и играют. Русалки собираются на своих скамейках, а единороги притворно делают вид, что не слышат их разговоры. Все это кажется обычным воскресным утром, если бы не то, что заставляет думать иначе: волны становятся грозными, и к зверинцу приближается угрожающая тьма....
– Сначала драконы!
– Неужели она правда будет защищать Скреба? – усомнился Логан.
– Она, по крайней мере, явно намерена это делать. – Зои окинула хмурым взглядом красный классический костюм сестры и папку-планшет, которой Руби на всех махала. Сестра заметила это и бросила такой же сердитый взгляд на Логана. – Я сейчас.
Зои пошла проводить Риффа и Ниру к нужному месту. Оба грифона обернулись к ней и легонько тюкнули Зои клювами в знак симпатии. Перед собеседованием Логан навестил маленьких грифонят и вдоволь наслушался о том, как это нечестно, что их не хотят брать в присяжные, ну почему никому не интересно их мнение, а вкусняшки присяжным дают? А сокровища? Вот из них бы точно вышли отличные присяжные, а ещё, пока мамы с папой нет, давайте посоревнуемся, кто больше груш съест, ура-а, ну ладно, пока, Логан!
Логан улыбнулся, вспомнив о грифонятах, но при виде агентов АЗСС его улыбка померкла.
В конце концов кандидаты более-менее ровно выстроились в шеренгу. Мистер Кан вывел Когтия вперёд к столам, а агенты, миссис Кан и Руби заняли свои места.
Агент Рансибл оглядел серебряного дракона.
– Что ты думаешь о Скребе? – осторожно спросил он.
– Неразумен юный Скреб. – Дракон оглядел свои когти и задумчиво посмотрел на горные пещеры. – Прыгнуть вперёд времени значит сломать свои крылья.
Руби громко откашлялась, перелистнула страницу в планшете и что-то написала.
– Как ты думаешь, мог ли Скреб совершить такое страшное преступление? Если бы у него была возможность убить Пелли, он бы сделал это? Мог ли он подчиниться природному инстинкту?
Логан не очень разбирался в судебных процессах, но ему показалось, что Руби только всё портила, задавая столько вопросов разом. Тем более в разговоре с драконом, который и без того изъяснялся довольно путано и витиевато.
– Невелика потеря пухлой птицы-гоготуньи, – заметил Когтий.
– Ясно. Всё понятно, – сказал агент Рансибл. – При всём уважении, этого кандидата мы вынуждены отклонить.
Руби нахмурилась, но агент АЗСС уже махнул рукой, призывая подойти Огнебеллу.
