Она тут же сжала мою. Мягко, но так, что сразу стало понятно — теперь меня ни за что не отпустят.
Царапнуло ощущение, что так уже было. Когда-то. Давно. В детстве.
Когда мы бегали по лесу, держась за руки. Я знала, что с Бреном мне ничто не грозит. Когда танцевали. И я не хотела, чтобы танец заканчивался, потому что моя ладонь была в его. Когда сидели на дереве и мечтали...
— Кел, о чем думаешь? Твои эмоции потрясающие и приятные.
— О нас. И о нашем детстве."
"— Как ты пылко отдавливала мне ноги в танце? — насмешливо усмехнулся Брен.
— Нет. Как часто раньше мы держались за руки.
Брен перевел взгляд на наши руки, тряхнул головой, аккуратно притянул к себе мои пальцы и поцеловал. Он не смотрел на меня, но я ощущала его нежность и грусть.
— Пойдем, Земляника, — он потянул меня за собой, — полетаем.
Из закрытого сада мы вышли быстрым шагом, провожаемые любопытными взглядами слуг, которые ухаживали за садовой территорией.
Сразу отправились на задний двор, где было достаточно места для оборота.
Выйдя на середину площадки, Брен собственнически привлек меня к себе, прикоснулся к виску быстрым, легким поцелуем и отстранился. Показалось, что нехотя. Он отошел подальше, развернулся ко мне лицом и замер, широко улыбаясь. Выглядел он довольным и счастливым мальчишкой.
— Кел, ты будешь в восторге.
Я затаила дыхание, подумала, что за прошедшие годы он тоже изменился. Как и Киан. Только в лучшую сторону.
Уверенный, решительный, по-доброму насмешливый.
Мужественный.
Невероятно притягательный.
Могла ли я подумать тогда в лесу на той тропинке, когда Брен принял меня за мальчишку, что он — моя судьба, и я полюблю его всем сердцем?
Сердце словно услышало мысли и встрепенулось, потянувшись к Брену, а он сощурил глаза с темными вертикальными зрачками:
— Келлия, о чем ты снова думаешь? Твои глаза светятся красным золотом, а сама ты напоминаешь лесную прекрасную фею.
«Я думаю о том, как сильно люблю тебя», — ответила мысленно, отчего-то позабыв, что теперь мы можем так переговориваться.
Брен замер, не сводя с меня внимательных глаз. Улыбка сползла с его лица, ставшего вмиг серьезным.
Я тоже застыла, растерявшись.
Я не сказала сейчас новость. Он, конечно, догадывался о моих чувствах, ведь у истинных не бывает иначе. Но вот так я все равно никогда ему не признавалась.
Разделяющее нас расстояние Брен преодолел за доли секунды. Замер в полушаге, прожигая меня горящим взволнованным взглядом.
— Келлия, — глухо прошептал он незнакомым изменившимся голосом, — я знаю это. Чувствую твою любовь каждой клеткой тела. Иногда даже кажется, что твое сердце бьется в моей груди. Я знаю, сколько в нем искренности, жара и тоски.
Я невероятно смутилась, но глаз не отвела.