Мне нужно было еще так много обдумать, так много узнать у него. Но тут, к моему смущению, у меня заурчало в желудке. Я была настолько поглощена разговором, что даже не замечала, что мне хочется есть. А теперь поняла, что голодна, как волк.
— Извини. Я не даю тебе поесть.
— Я в порядке, не волнуйся.
— Я еще никогда не проводил столько времени рядом с кем-то, кому нужна человеческая еда. Я забыл.
— Хочу, чтобы ты остался.
Было гораздо легче сказать это в темноте, потому что я знала: мой голос выдаст и меня, и мою безнадежную наркотическую тягу к нему.
— Я мог бы войти? — спросил он.
Я не представляла себе, как это богоподобное создание усядется на обшарпанный кухонный стул моего отца.
— Да, если ты не против.
Я услышала, как тихо закрылась водительская дверь, и почти в тот же миг он открыл пассажирскую дверь для меня.
— Очень по-человечески, — похвалила я его.
— Да, что-то определенно всплывает.
Он шел рядом со мной в ночи так тихо, что я все время косилась в его сторону — убедиться, что он здесь.
В темноте он был гораздо больше похож на человека. По-прежнему бледный и прекрасный, как видение, он уже не был тем сверкающим фантастическим существом, которое я видела в полуденном солнечном свете.
Он обогнал меня и открыл передо мной входную дверь. Я остановилась в проеме.
— Дверь была не заперта?
— Нет, я взял ключ под карнизом.
Я вошла в прихожую, включила свет на крыльце и повернулась к нему с поднятыми от удивления бровями. Я совершенно точно не пользовалась ключом в его присутствии.
— Мне хотелось узнать о тебе побольше.
— Ты шпионил за мной! — мне не удалось пропитать этот возглас должным количеством негодования. Я была польщена.
Он даже не думал раскаиваться.
— Что еще делать по ночам?
Я решила пока смолчать и отправилась на кухню. Он был уже там — показывать дорогу ему явно не требовалось. Он сел на тот самый стул, на котором еще пару минут назад я тщетно пыталась его себе представить. От его красоты в кухне словно стало светлее. Я мгновение полюбовалась этой картиной, а потом занялась ужином.
Достав из холодильника вчерашнюю лазанью, я отрезала кусок и поставила его разогреваться в микроволновку. Тарелка завертелась, наполняя кухню запахом томатов и орегано.
— И часто? — небрежно спросила я, не сводя глаз с тарелки с лазаньей.
— А-а... что? — кажется, я оторвала его от каких-то важных мыслей.
— Часто ты сюда приходил?
— Почти каждую ночь.
Я резко развернулась и удивленно спросила:
— Ты очень интересная, когда спишь, — спокойно произнес он. — Ты разговариваешь.
— Нет, — выдохнула я и покраснела до корней волос. Чтобы не упасть, я схватилась за кухонную столешницу. Я знала, что разговариваю во сне, из-за этого мама часто дразнила меня.