В холодных сумерках Нил бежал, словно отступая перед невидимой смертью. Любовь превратилась в мучительную жертву, и он не мог определить, что больше: страх или боль. Атмосфера была напряженной как сталь, каждый шаг гремел под звёздным небом.
Слыша крики жертв своего отца, мальчик невольно задумывался, может ли и сам встретить смерть столь болезненно и трагично. Проведя восемь лет в бегах, Нил был готов умереть в любой момент, так же, как был готов бороться за свою жизнь до последнего. Он никогда не думал, что в конечном итоге сам пойдет в руки убийцы, предлагая себя взамен любимого человека. «Любимого человека»… Оба слова, казалось, были подобраны неверно. Нил никогда никого не любил по настоящему, и то, что он испытывал сейчас, было чем-то большим, нежели просто какая-то «любовь».
***
Нил вышел на поле, освещенное прожекторами, и сразу увидел в самом центре привязанный к креслу силуэт.
Джостен даже не понял, когда его шаг превратился в бег.
— Эндрю!
Парень вскинул голову, и Нил вдруг резко вдохнул сквозь стиснутые зубы.
Это был не Эндрю. Аарон смотрел на Нила глазами, так похожими на те самые, любимые глаза Нила, которыми он так часто любовался.
— Так-так-так. Ты и вправду пришел. — Голос Рико раскатами пронесся по всему полю, заставляя Нила вздрогнуть.
Парень медленно обернулся, глядя на приближающегося ищейку.
Джостен уже ничего не мог сделать. Теперь, когда он пришел, Рико уже ни за что не дал бы ему уйти. Но даже случись такое чудо, это бы ничего не изменило. И пусть перед ним сейчас был не Эндрю, пусть у них с Аароном были не самые лучшие отношения, он бы все равно остался.
— Ты знал, что я приду, Рико. Иначе не устроил бы все это.
Рико тащил за собой обычный деревянный стул и моток веревок. Было не сложно догадаться, для кого они предназначались.
— Так и есть, просто я до сих пор с трудом в это верю. Вампир и человек. Поразительно. Вот ты бы смог полюбить свинью, сородичей которой за обе щеки уплетают тебе подобные? Видишь, это мерзко. И то, что вы делаете, тоже мерзко.
