Автор
На веранде «Луи» я писаю и смотрю на морские водовороты, где изумрудно-зеленые отмели сливаются с темно-синими глубинами. Белые перышки облаков плывут по бесконечной голубизне неба, за рифами замерли шлюпки на якоре. Все звуки в одно мгновение растворяются под ударами страстного бриза....
Втроем. Харперы и Берилл Мэдисон.
Во мне проснулся угасший было интерес.
— Когда это случилось, не помните? Когда они ночевали у вас?
— За несколько месяцев до смерти Джо. В самом начале года, через месяц или два после того, как Берилл выступала у нас на собрании. Да, это определенно было в феврале, потому что у нас еще стояла рождественская елка. Принимать ее… для меня это был настоящий подарок.
— Вы имеете в виду Берилл?
— Да! Я так обрадовалась! Они втроем, кажется, ездили в Нью-Йорк по делам. По-моему, встречались с агентом Берилл.
— Вам что-нибудь запомнилось о том вечере?
— Немного. Помню, что я приготовила баранью ногу, а они опаздывали, потому что в аэропорту потеряли багаж мистера Харпера.
Почти год назад. Тогда Берилл уже начала получать письма с угрозами. По крайней мере, так нам представлялось на основании имеющейся информации.
— Приехали уставшие, — продолжала миссис Мактиг. — Но мой Джо такой молодец. Лучшего хозяина не сыскать. Гостей принимать умел."
"Не тогда ли она все поняла? Не тогда ли заметила, как муж смотрит на другую женщину? Не тогда ли догадалась, что он влюблен в Стерлинг Харпер?
Я хорошо помнила, каким был Марк в наши последние дни вместе. Помнила тот отстраненный, чужой взгляд. Именно его глаза сказали все. Я видела, что он смотрит на меня, но думает о ком-то другом.
— Кей, мне очень жаль, — угрюмо пробурчал он, когда мы в последний раз пили кофе по-ирландски в нашем любимом баре в Джорджтауне. В тот день с серого неба падали пушистые снежинки, и мимо проходили парочки в теплых куртках и ярких вязаных шарфах. — Ты знаешь, я люблю тебя.
— Но не так, как люблю тебя я. — Сердце сжалось.
Марк опустил глаза.
— Я не хотел, чтобы так получилось.
— Конечно, не хотел.
— Прости. Мне действительно очень жаль.
Я ему верила. Верила, что не хотел. Верила, что жаль. Да вот только от этого ровным счетом ничего не менялось.
Я не знала ее имени, потому что не желала знать. По крайней мере, это была не та женщина, на которой он потом женился. Не Джанет, которая погибла. Хотя, возможно, он и здесь соврал.
