Где же ты, тот, кого я так жду? Мысли о прошлом заставили потекать слезы по щекам. Я подобрала листики целебной моросянки и тихо собирала траву для продажи на рынке. А сейчас нужно преодолеть усталость, чтобы завершить работу до темное снах.
Отец не стал рассказывать вперёд меня Генриху о ребёнке, как потом сказал мне: хотел, чтобы я сама насладилась этим чудесным моментом! И да, я до сих пор благодарна отцу, вспоминая, как лицо Генри озарилось чистым счастьем, на ресницах выступили слёзы, а руки с трепетом сжали меня. В жизни каждой женщины должен быть этот миг!
Свадьбу сыграли в домашнем храме в Ревоше. Леди Элизабет счастливо приняла нас и от новости о внуке так сильно расплакалась, что мы долго все вместе её утешали.
Генри одобрил будущий брак Либретты и Самуэля, когда наша воспитанница достигнет совершеннолетия.
Отец объявил меня наследной принцессой и попросил воспитать достойных королей Света.
Ну, и самое главное, мой любимый муж, магистр Даренфорс, которого избрали Верховным, разрешил женщинам учиться магии наравне с мужчинами и отменил Праведный Суд! Внёс соответствующие положения в кодекс Света. Я преисполнилась счастьем, потому что знала, он сделал это ради нашей дочки, которая росла у меня под сердцем.
И я пообещала Генриху после дочери родить ему самое малое — пятерых сыновей и собираюсь сдержать слово!
Всё, муж зовёт! Бегу!
Бонус-эпизод
— Генриетта! — раздался звучный голос мужа.
Я разлепила один глаз: солнце только-только начинало заглядывать в комнату. Вытянула шею взглянуть на сладкое сопение маленького Фредрика в колыбели — и закрыла глаз обратно.
— Генриетта, где ты? — продолжал Генри из гостиной, смежной с нашей спальней. — Я всё равно найду! Тебя ждёт урок магии!
— Милый, пожалуйста, потише… — простонала я, накрывая голову подушкой.
Но бедной матери так и не дали урвать ещё пару минут сна. В спальню с воплями из прилегающей детской ворвались Роланд и Парсиваль, ударяя друг друга маленькими деревянными мечами, которые сделал для них Генри. Он также сделал для них щиты, шлемы и нагрудные пластины, и мальчики с утра до вечера сражались. И хорошо, когда оба на стороне Света против сил тьмы! Но иногда они объявляли турнир и громко барабанили друг о друга, как сейчас, например.
— Роланд, детка, ты отдавил маме ногу… — пискнула я, когда четырёхлетний карапуз в деревянных латах прыгнул на постель, защищаясь от пятилетнего брата.
— Я спасу тебя, моя леди! — воскликнул Парсиваль и отдавил мне вторую ногу.
Оба моих глаза распахнулись от неожиданности, и в этот момент заплакал Фредрик.
Пресветлая, мои утра просто прекрасны! Но если ты пошлёшь мне ещё хотя бы один часок сна, я буду самой счастливой женщиной на земле.
