Где же ты, тот, кого я так жду? Мысли о прошлом заставили потекать слезы по щекам. Я подобрала листики целебной моросянки и тихо собирала траву для продажи на рынке. А сейчас нужно преодолеть усталость, чтобы завершить работу до темное снах.
Надень платье и платок, выглядишь неподобающе!
— Ты возвращаешь меня в послушницы?
— А что ещё с тобой делать?
— Спасибо, Светлая! Но мне сейчас надо идти, я вернусь…
Я отпустила Альбу и попыталась встать, но ноги не удержали, и я снова опустилась на скамью.
— И куда ты в ночь собралась?
— Хочу узнать, как паладин. Он был ранен.
— На другой конец города, одна, ночью?! По разрухе?! Ты еле стоишь, Триса. На что тебе сдался паладин?
— Хочу знать, жив ли…
— Жив. Я только что говорила со стражником, расспросила о новостях.
Усталость всего пережитого глыбой обрушилась на плечи. На другой конец города я, видно и правда, уже не дойду. Сил совсем не осталось. Я была голодна: не ела ничего весь день. Тело ныло и ломило от изнурения. Перед глазами стелился туман.
Пресветлая, прошу, дай Генри выбраться из лап смерти! Арнос, великий бог Света, дай Генри сил!
Ветер ударил в лицо и принёс слабое биение, отголосок силы, запечатанной в хранилище Генри.
Тяжко вздохнула, и вместе с Альбой мы вернулись в кельи. Настоятельница ушла в комнату к монахиням, а меня подхватила Идда, посадила в уголок на скамью и протянула миску жидкой каши.
Дети Греты уже спали по двое на узких скамьях. На столе горела лампа, при свете которой подруги ужинали.
— Ну, что трахнул он тебя? — прыснул Грета. — Признавайся, сколько заплатил?
28 Встреча со старым знакомым
И тут я поняла, что деньги растеряла.
— Я потеряла…
— Как?! — хмыкнула Грета. — Уж там было больше золотого, наверняка!
Грета ревновала. Вот и вся причина её злости на меня. Она завидовала и хотела сама быть на моём месте.
— Паладин не успел мне заплатить, — обрадовала её я. — Напал дракон... Один из его рыцарей бросил мне пару медяков.
— Ну, может, ещё заплатит? — сказала Идда, накрывая меня одеялом и обнимая за плечи.
"Я сжала зубы и промолчала. Очень хотелось, чтобы Генри выжил. Но не из-за денег. И не из-за того, что он обещал мне защиту и обеспечение. Хотя и это очень грело сердце. Просто… он был таким светлым и сильным. Он был Светом, который озарил мою жизнь, и без него она станет черна, как самая чёрная ночь.
Совсем не заметила, как уснула.
— Триса, вставай, — разбудила наутро Идда.
В глаза ударил яркий свет из щели маленького окошка.
