Автор
В старом поместье наступает таинственный мир: каждый звук кажется знакомым, а каждое движение запечатлено ненавистью его прежнего владельца. Когда молодой лорд наконец делит завещание и смотрит в глаза сыну, ненависть становится кровью — он должен восстановить справедливость или остаться в вечной тени....
Несмотря на то что он был посвящен в сан совсем недавно, он успел сочетать браком уже немало пар и прекрасно знал – ничего другого ждать не приходится.
– Священник ждет ответа, Бренна, – напомнил Коннор с угрозой в голосе.
– Да, девушка, он ждет! – выпалил Куинлен, желая подбодрить и успокоить невесту.
В конце концов Бренна решила подчиниться неизбежному.
– Да, отец мой, конечно. Но…
– Вы должны четко отвечать на вопрос, миледи. Церковь требует, чтобы я услышал ваше согласие выйти замуж за Коннора Мак-Алистера по своей воле.
– Что, сейчас?
– Бренна, клянусь, если я снова услышу этот вопрос… – начал было Коннор.
Бренну охватила паника, но она решила осуществить свой маленький план, который только что придумала.
– Отец мой, мы ведь еще как следует не знакомы. Я даже не знаю вашего имени. А сперва стоит узнать, правда? Я думала, мы вечером все вместе поужинаем. Узнаем получше друг друга, потом вы как следует отдохнете, а завтра мы пойдем в вашу церковь, а если у вас еще нет церкви – поищем какую-нибудь другую.
Она не собиралась кричать на священника. Но ее терпение окончательно иссякло. Больше она не могла вынести. Ей стало все равно, кто жив, кто мертв. Пусть даже ей самой предстоит умереть. Самое важное для нее сейчас – его боевая раскраска. Она обратила свой гнев на Коннора.
Священник открыл рот. Он еще никогда не слышал, чтобы кто-то позволил себе таким тоном говорить с лаэрдом Мак-Алистером. Ну разве что Алек Кинкейд. Тот разговаривал с ним как хотел. И вот теперь эта хрупкая женщина отваживается так открыто выступить против. Поразительно смело с ее стороны! Вряд ли кому доведется стать свидетелем подобной сцены. Надо запомнить каждое слово, каждую деталь, чтобы потом рассказать эту историю друзьям.
Коннор собирался именем Бога унять будущую супругу, но перед слезами он не мог устоять. Почему его боевая раскраска так подействовала на нее, он не знал. Но то, что именно она разволновала Бренну, было очевидно. Коннор понимал: никакая церемония не удастся, если он не сумеет уломать эту женщину. Боже, ну и штучка!
– Бренна, не поднимай на меня голос, – спокойно попросил он.
Если в его голосе и слышалась угроза, то едва заметная.
