В непредсказуемой истории о браке по приказу, где героиня встречает принца и получает дворянский титул, сюжет перехватывает дух благодаря эмоциям и неожиданным поворотам. Молодая женщина обнаруживает себя в самой нелепой ситуации - лапанье от неведомого мужчину, а не приготовление теста или крем-брюле....
— Я рад этому союзу, и мне уже все равно, проявится ли в ней искра или она так и останется пустышкой. Все равно… Я люблю ее, Леш. Пусть пустышка, но… моя. Самая желанная и любимая… Моя своенравная, непокорная княгиня…
Тут уж я совсем раскисла и, оставаясь верной своим старым привычкам, взяла и разревелась. От облегчения, от радости, от осознания, что дура я такая! Боялась обжечься, бежала от собственного счастья, не желая верить в сказку. А ведь сказка-то вот она — рядом.
То, как Андрей бросился за мной, не взирая на риск… Уже одно это перечеркивало все плохое.
Наконец услышать.
— Спасибо, Чет, — прошептала, смахивая слезы. Улыбнулась, смаргивая мутную пелену, и растроганно повторила: — Спасибо…
— Да какое там, Манюня, — отмахнулся чертяка. — Давно должен был все тебе показать и рассказать о чувствах князя, а вместо этого по приказу душегубов тянул тебя в храм.
Храм… Храм Многоликого…
Ну точно: эврика! Это ведь средоточие божественной силы, могущественный источник.
Пока не попробую, точно не успокоюсь.
— Чет, скажи… — Я осеклась, заметив, как аджан в моих руках начал исчезать, истаивая дымкой, а у меня от отчаянья, мелькнувшего в его глазах, едва сердце не остановилось.
— Прости, они зовут. Требуют… — И совсем тихо прежде, чем окончательно исчез, добавил: — Накажут.
Опомниться не успела, как осталась одна. Сидела и сжимала в руках завитки дыма, исчезающие в полумраке спальни.
— Софья! — Дверь распахнулась, являя моим глазам потрепанного мужа. Заметив слезы у меня в глазах, он приблизился ко мне и осторожно прижал к своей груди. — Не плачь, все закончилось. Теперь он тебя точно не тронет.
Муж решил, что я реву из-за Игоря, в то время как я уже плюнула на него и забыла.
А вот на Чета плевать и забывать про него точно не собиралась.
— Не все, — отстраняясь, покачала головой и быстро произнесла: — Нам нужно поговорить.
— Мы поговорим, душа моя. Обо всем поговорим. — Воронцов чуть нахмурился и снова прижал меня к себе. — Обещаю, но сейчас я должен доставить тебя домой и вернуться к императору. Я нужен там…
И пока я не успела возразить, повел меня прочь из комнаты.
