Лорд Баннор, теперь старый и изможденный, стал легендой в Аралионе за свои нещадные споры и скандалы. С каждым днем его появление было источником раздора среди аристократов. Теперь он мирно взял покой, но тайна убийства продолжает шептаться в глубине города. Кто станет свахой для дракона?...
– Мне сказали, что вы покидаете нас, – Мерани не оставлял своих попыток разговорить меня, и ему удалось удивить. Я перевела взгляд с белой двери на его лицо, озаренное участливой, терпеливой улыбкой. Он терпеливо ждал ответа.
– Откуда вы знаете?
Поправив очки, Мерани взглянул на меня, не скрывая легкой снисходительности:
– Я был советником при княжичах Тюрра. Мне полагается замечать вещи, которых не видят другие, и делать выводы, которые для остальных недоступны. Письмо. Письмо от ваших родителей.
Ну, конечно, пока Лоркан не покидал постели, а Снорре с головой ушел в вопрос безопасности границ, кто-то должен был заниматься государственными вопросами. Мерани взял эти обязанности на себя – легко и непринужденно, как будто всю жизнь готовился именно к этому моменту. Марна заменила Одхана на посту верховной волшебницы, но относилась к новому званию настороженно и недоверчиво. Когда столько лет тебя шпыняют и унижают, трудно поверить, что хоть кто-то готов оценить тебя по достоинству.
– Мерани, скажите, – вопрос вертелся у меня на языке, но набраться храбрости, чтобы его произнести, было непросто, – как по-вашему, Эрооло вернется?
Он не торопился отвечать. Задумчиво склонил голову к плечу, поразмыслил и только потом сказал:
– Пока Эрооло жив, он будет стремиться вернуть власть. У него не получилось сегодня, но кто даст гарантию, что он не попытается еще раз? Одно знаю точно: Эрооло долго предстоит зализывать раны и уязвленное самолюбие.
Его речь прервалась, когда проклятая дверь тихонько скрипнула, пропуская в коридор Марну. Уставшая, с синими подковами под глазами, она встретилась со мной взглядом и тихонько вздохнула.
– Ималия, он хочет тебя видеть, – прошелестела она, маня меня рукой, – у вас есть несколько минут.
* * *Шторы в спальне Лоркана были плотно задернуты, не пропуская ни единого солнечного луча, чтобы не потревожить больного.
– Не стойте на пороге, – низкий, хриплый голос наполнил комнату от края до края, – подойдите ближе.
