Слезы застыли в глазах, и он не мог поднять лицо и посмотреть на брата. Народ делал все, что ему вздумается, и Аарон знал, что это его вина. У него не хватило сил пасти это своенравное стадо. Как только Моисей ушел, он допустил слабость. Станет ли Израиль теперь посмешищем в глазах других народов? Эти люди теперь не будут слушать даже своего вождя! Они полностью вышли из-под контроля!
Моисей отвернулся и быстро пошел на край стана. Встав лицом к народу, он крикнул:
— Все, кто на стороне Господа, подойдите ко мне!
Аарон подбежал к брату.
— Что ты собираешься делать, Моисей?
— Займи свое место рядом со мной.
Не глядя на него, Моисей следил за непокорными израильтянами. Аарону был знаком этот взгляд, и его бросило в дрожь. Он увидел в толпе своих сыновей и родственников. Ему стало страшно за их жизни.
— Давайте! Поторопитесь! Вставайте рядом с Моисеем!
Подбежали его сыновья, потом дяди, двоюродные братья с женами и детьми. — Быстрее! — А вдруг сейчас сойдет огонь с горы?
Елиезер и Гирсам подбежали к отцу и встали рядом с ним. Пришел даже смутьян Корей. Присоединились все левиты. Иисус Навин из племени Ефрема с грозным выражением лица стоял бок о бок со своим учителем. Многие родственники Моисея и Аарона продолжали игнорировать приказ вождя.
Моисей поднял посох и обратился к левитам:
— Вот, что говорит Господь, Бог Израилев: «Обнажите мечи ваши! Пройдите из одного конца стана в другой и убивайте даже своих братьев, друзей и соседей»!
Иисус Навин вынул меч из ножен. Стоя в жуткой тишине, Аарон смотрел, как тот отсек голову мужчине, насмехавшемуся над Моисеем. Фонтаном брызнула кровь, и безжизненное тело рухнуло наземь.
Аарону стало не по себе.
— Моисей! Я виноват больше, чем этот несчастный народ! Это моя вина, что они были словно овцы без пастыря…
— Ты стоишь рядом со мной.
— Пусть грех будет на мне.
— Это решать Господу!
— Может, они не расслышали из-за шума, — вопли умирающих терзали его сердце. — Смилуйся! Как я могу убивать их, когда они страдают из-за моей слабости?
— Они отвергли свой шанс на спасение!
— Поговори с ними еще раз, Моисей. Кричи громче!
Лицо Моисея помрачнело.
Иисус и другие сторонники Моисея двигались сквозь толпу. Красный от ярости, выкрикивая богохульства, какой-то мужчина бежал прямо на Моисея.
— Нет! — Аарон обнажил меч и заколол его. Гнев, больше, чем когда-либо раньше, наполнил Аарона.
Овцы, за которыми он должен был присматривать, превратились в изрыгающих непристойности волков.
