Жанр
Святой оказался в центре схватки с предателем, который продавал оружие врагам. Теперь он на борту сухогруза с тайным грузом, пытаясь выжить среди жестокости. Неизбежное отступление становится единственным шансом на спасение.
Раздел Chitat.online для книги «Святой: гарпун для Акулы» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Святой оказался в центре схватки с предателем, который продавал оружие врагам. Теперь он на борту сухогруза с тайным грузом, пытаясь выжить среди жестокости. Неизбежное отступление становится единственным шансом на спасение.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Сергей Иванович Зверев Легкое чтение Боевики Детективы подборки серии
Святой оказался в центре схватки с предателем, который продавал оружие врагам. Теперь он на борту сухогруза с тайным грузом, пытаясь выжить среди жестокости. Неизбежное отступление становится единственным шансом на спасение.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Обещал ко мне заехать, спиртягу забрать и свечи новые к мотоциклу.
— Когда? — спросил Святой и на всякий случай отошел от окна.
— А в полдвенадцатого! — ответил Котя. Его зубы выбивали чечетку.
Не тратя понапрасну времени, друзья продолжили перекрестный допрос сопляка, который был кем-то у главаря банды. Пацан рассказал, что Гаглоев, заказчик наездов на Василия, постоянно проживает в Москве, Нижний Тагил его вторая родина. Отец Гаглоева работал мастером в литейном цеху металлургического комбината, выпускавшего во время войны тяжелые танки «Клим Ворошилов». Сын металлурга по стопам отца не пошел, в нем взыграла тяга к прекрасному, и Гаглоев поступил в Суриковское училище. Но после двух лет учебы он бросил свою альма-матер и принялся просаживать присылаемые отцом деньги по московским ресторанам.
Родительских средств на столичные кабаки катастрофически не хватало, заказы недоучившемуся студенту никто не предлагал, но менять рестораны на дешевые пивные с кружкой разбавленного пива и подтухшей рыбой Гаглоев не собирался. Вокруг приятелей-художников увивался различный народ. Были и дяди с толстыми кошельками, готовые платить бешеные деньги за старинные иконы, складни, уникальную церковную утварь. Налаживались и связи с иностранцами.
Тут несостоявшийся Репин и погорел. Ему впаяли спекуляцию валютой в виде промысла, отправив вдыхать хвойный аромат тайги сроком на пять лет, и, чтобы он не беспокоился о нажитом, подчистую конфисковали имущество. После отсидки от звонка до звонка Гаглоев вернулся в столицу и теперь с иностранцами дела вел только через посредников, не подставляя собственную шею под тяжелую руку правосудия.
С перестройкой богатых клиентов стало как пиявок в тинистом пруду. Те, кого впоследствии припечатали кличкой «новые русские», брали все подряд, лишь бы подревнее и в единичном экземпляре. Чтобы найти штучный товар, Гаглоев мотался по глухим деревням Среднего Урала, скупая за бесценок самоцветные шедевры безвестных Данил-мастеров, старообрядческие богослужебные книги, иконы, а также холодное оружие златоустовского булата.
— Он кубок этот из-за камушков присмотрел! — выкладывал дергающийся от страха Котя. — Уговор был: попугать колченогого!
— Выбирай слова, недоносок! — прорычал Серегин и закатил юнцу увесистый подзатыльник.
— Нам по полтиннику «зеленью» Гаглоев обещал, если мужик чашу продать согласится. Савел на коня сел — нечего, мол, бензин зря жечь, по коровьему дерьму ездить, попинаем его ногами, сам отдаст, даром.
