— Ты чего напраслину гонишь? Я потомственный работяга!
По отлично уложенному асфальту колымага ехала, как летела. Даже раздолбанные ручки стеклоподъемников не дребезжали. За окнами мелькали добротные особняки, словно сошедшие со страниц рекламных проспектов западных строительных фирм. Старик вертел головой и изредка матерился, кроя «новых русских», возведших дворцы на украденные у народа деньги.
— Ты, дедок, притормози и подожди меня! — не терпящим возражения голосом велел Новиков, заметив постового на трассе.
Милиционер стоял, обернувшись к дому под красной черепичной крышей. Вдоль выщербленного, полуразрушенного забора, окружавшего виллу, деловито сновали люди. Некоторые бродили с пластиковыми пакетами, подбирая какие-то обломки. Другие что-то фотографировали и измеряли рулетками.
Засунув руки в карманы и беззаботно насвистывая легкий мотивчик, Новиков подошел к милиционеру.
— Здравствуйте. Что-то случилось? — спросил он.
Взопревший на солнцепеке старшина, которому наскучило одиночество, ответил вопросом на вопрос:
— А ты че, не в курсах?
— Только из города. Еду к матери в деревню! — сочинял на ходу Новиков.
— Мамаша в Малаховке, что ли, проживает?
— Точно! Так что за кипеж? Дорога вроде перекрыта?
Старшина почесал курносый, усыпанный конопушками нос, поправил портупею и, отфутболив попавший под ногу камешек, сообщил:
— Шишкаря какого-то взорвали. Бывший генерал-майор. В бизнес вояка подался, тут его и ухайдокали! Конкуренты, наверное! У нас нынче на погоны не смотрят. За бабки любому потроха выпустят. Во, браток, какие дела! Милиционер скорбно поджал губы.
— Натурально, беспредел! Скоро в Кремле бомбы подкладывать начнут! Ты, браток, шуруй в обход. На объекте следственная бригада ФСБ работает. Пока прочешут территорию, уйма времени уйдет. Видать, этот Банников был птицей высокого полета, раз землю носом роют.
Внутри у Новикова все оборвалось.
«Неужели кто-то опередил? Не верю! Этот оборотень мог любой финт отмочить!» — пульсировало в мозгу Виктора.
— Эй, ты чего побледнел? — Старшина дергал Виктора за рукав.
— Просто не по себе стало.
— Не дрейфь! Нас, простых смертных, разборки крутых не касаются. Это тузы бабки поделить не могут. А от нас толку как от козла молока. Ладно, приятель, отчаливай! Начальство за разговоры на посту может шею намылить. Лишь бы найти, к чему придраться! — посетовал старшина, завидя выплывающую из проема ворот служебную машину.
«Не верю!» — упорствовал Новиков, возвращаясь в город.
