Ромеро бросил на меня противоречивый взгляд, но потом кивнул. Я знала, что он не любит скрывать что-то от Лили, но слишком многое произошло за последние несколько дней, и мне нужно было время, чтобы разобраться во всем самой, прежде чем я вовлеку в это еще больше людей.
Ромеро ждал в приемной, пока я следовала за доктором Брайтли в процедурную. Она подтвердила мою беременность и сказала, что у меня шесть недель. Когда я вышла и Ромеро повел меня к лифту, я так скучала по Луке, что не могла сдержать слез. Он должен был быть там со мной, должен был разделить со мной этот радостный момент.
Ромеро тронул меня за плечо, но я прижалась к нему, ища утешения, и после секундного колебания он обнял меня.
— Ария, Лука вернется к тебе.
Я хотела верить ему, больше ничего не хотела. Кивнув, я отстранилась и вытерла глаза, смущенная своей вспышкой. Даже если отсутствие Луки разбило мне сердце, я должна быть сильной ради нашего ребенка.
Я нервничала. Впервые за три недели я увидела Луку. Мы не разговаривали и не переписывались. Я отправила ему пару сообщений в начале, но потом сдалась, когда он их проигнорировал. Если ему нужно пространство, я дам ему его, даже если это убьет меня.
— Мы должны отпраздновать без мужчин, — пробормотала Джианна. — Они только все испортят.
Она имела в виду Луку, и я беспокоилась, что она права. Как это Рождество может быть чем-то, кроме огромного беспорядка с тем, как все было?
Я вышла из душа и схватилась за мраморную стойку, когда волна головокружения накрыла меня. У меня было девять недель, и у меня еще не было животика, но беременность все равно управляла моей жизнью. За последние три недели я похудела больше чем на десять фунтов, потому что не могла есть. Доктор Брайтли пока не беспокоилась, так как ребенок развивался так, как должен был. Я надела нижнее белье и вошла в спальню. Разделит ли Лука со мной сегодня постель?
— Черт, Ария, — сказала Джианна, поджав губы и наблюдая за мной. — Ты так похудела.
— Ты преувеличиваешь, — сказала я беспечно. Я схватила кремовое шерстяное платье и натянула его. Раньше он обнимал мои изгибы, но теперь стал свободным.
Джианна подняла брови.
— По-моему, это не преувеличение.
— Ничего, — твердо сказала я.
Джанна подошла ближе.
— Ты такая бледная. И эти синяки под глазами. — она покачала головой. — Ты знаешь что. Мы только наложим минимум косметики. Пусть посмотрит, что он с тобой сделает.
Я слишком устала, чтобы протестовать, и позволила ей нанести немного крема и туши.
