Автор
Глаза щурятся и ноги трепещут — Женщина на пороге дома. Уберите свои кромешные ступни с заднего прохода! Если не вы, то кто? А я говорю: уберите, или будет осложнение! Ну и что, если это не ваши ноги, но они здесь случайно оказались? Наш город требует взаимного внимания. Граждане! Не забывайте об уважительной перекупке — выходя, всегда залатываете проводникам плату....
Лилька лениво повернулась и промямлила:
– Кукуева, а повеселее анекдота нет?"
"– А я тебе, Лиля, горькую жизненную правду! Серьезно говорю: я начала свое расследование, так что пусть тебе Федоров еще тысячу долларов добавляет.
Лилька широко распахнула рот и попыталась рассмеяться, но получилось совсем не весело:
– Ха-ха. Ты… Ты чо, свихнулась, да? Нет, совсем баба с ума сошла! Там милиция руки умыла, а она… Вот дура-то! Бедный Шишов!
– Ты Шишова не тронь! – повысила голос Сима.
Лилька попыталась припомнить, когда она и впрямь брала в руки книгу, чтобы утереть Симке нос, но не вспомнила и только недоверчиво перекосилась:
– Ты чо, Кукуева, там же, в книгах, вранье все!
– Не вранье, а вымысел. В книгах написали, а умные люди взяли и сделали! Что, скажешь, не слышала фразу «журналистское расследование»? Или вон программа идет, ведущий еще мощный такой парень… Так он все время говорит: «Наша программа провела расследование».
Лилька скисла. Она задрала голову вверх, в глазах уже плескались слезы, а подбородок предательски дрожал.
– А я уже и тапочки новые купила, и зеркальце… Конечно, если у тебя совести нет, проводи свое расследование. И пусть я так и не доберусь до врачей, и пусть мне будет хреново потом всю жизнь… Расследуй, чего тебе! Можно подумать, я у нее большие деньги потребовала!
– Ага! – криво усмехнулась Серафима. – А то ты потом еще бы не пришла!
– Ну, и пришла бы! Так это потому, что нам диван новый надо! А потом бы все! Забыла бы! А ты…
Лилька вскочила.
– Интересно, а меня ей совсем не жалко? – растерялась Серафима. – Даже неудобно как-то, что это не я мужика поленом-то…
Потом она плюнула переживать из-за Федоровой, снова залезла под одеяло и уже никого не слышала.
Проснулась под вечер.
