В триста пятьдесят лет назад, дочь бросилась в глаза мамой — "Помолчи, Катарина!" — искренний детский крик прервал шум. Мама сбивалась с ног от хлопот, выбегая из дома наскоро одетая, пытаясь укрыть документы в непривычно ловких движениях. Ее мир окутался дымкой древних тайн и загадочных сил....
Князь сам размыкает объятия, девушка отшатывается и увеличивает расстояние между ними."
"Александр застывает каменным изваянием напротив, но на красивом лице мелькают эмоции. Губы подрагивают в злой усмешке, глаза наполняются арктическим холодом. Один шаг навстречу, и Эля дергается в испуге. В ответ, вампир с тихим рычанием, демонстрирует крупные белоснежные клыки. Но тут же отступает и развернувшись на пятках растворяется, оставляя серебристый шлейф.
Смаргивая слезы, Эля всеми силами старается совладать со страхом, бессилием, непониманием происходящего и мерзким послевкусием увиденного.
Хрупкое тело бьет крупная нервная дрожь, в попытках согреться, девушка забирается на мягкое кресло, подтягивает ноги и обхватывает их руками. Именно сегодня, вместо неизменно теплой пижамы, ей захотелось надеть что-то другое, более привлекательное… дурочка.
Там, в спальне с огромной кроватью, на мгновение испугалась, что Александр действительно захочет не только присоединиться к паре вампирш, но и заставит ее принимать участие в игрищах.
Смахнув со щек слезы, вытерла ладонью места поцелуев на нежной шее, избавляясь от прохладных неприятных ощущений.
— Наивная. Наивная дурочка Элька, — прошептала, жалея себя.
Хотела романтики, чего-то запретного и таинственного?! Получи и распишись!
Желание исполнилось по максимуму.
Романтика? Пожалуйста. Полный комплект. Цветочки, записочки и томные вздохи на ушко.
Запретного, говоришь, хочется? Что может быть более запретным, чем связаться с Темным вампиром? Правящим вампиром! Да ничего…
Таинственность? Дважды пожалуйста.
— Мы сейчас поговорим, — холодный тон, от которого тело сотрясла очередная волна дрожи, заставил вынырнуть из мыслей. Девушка не заметила, когда вернулся Тёмный.
Александр оседлал стул и сцепив руки на спинке, испытывающе смотрел. Эля никак не отреагировала на слова, давая возможность продолжить.
— Ты знаешь, кто я, — произнес утвердительно.
— Знаю, — несмело шепнула в ответ.
— А знаешь, кто ты? — поинтересовался и добавил: — Перестань плакать. Меня это нервирует.
Эля часто-часто заморгала ресницами, подавляя накатившие слезы:
— Я, Элеонора Рокотова, — комментарий вампира задел девушку, и ее голос звучал надломлено.
— Ты мое ""сердце""- моя пара, — пояснил, глядя на ошеломленное лицо.
— Нет, — Эля затрясла головой, отказываясь принимать эту мысль. — Нет, нет.
