В черных ночах она шла одна по бесконечной пустыне, где каждое движение — тихий признак жизни на скрывающейся долине. Среди серого уныния и неведомой страсти, ощущая холод неба на лице, как будто не было места для радости. Ее шаги — последняя волна смертельной тишины, которую она пыталась пересечь, пока мир вокруг оставался бездонным черном....
Берегов задумался, глаза его беспокойно забегали, и он вдруг произнес:
– Слушай, полковник… Я тебе все подпишу. Получишь ты свою палку за это дело. Но только при одном условии – Ане ничего не говори! Чтобы ничего моя дочь не знала! Ты пойми, я же ради нее все это, все ради дочери!
– Я не могу ничего обещать, – ответил Лев. – Сочувствую вашей дочери, но я просто не представляю, как можно сохранить это в тайне.
– Ты, главное, молчи! Молчи, ничего не говори ей! А я сам придумаю, что соврать, сам! Напишу, что уехал, что срочные дела, а потом вроде как сгинул.
– Не знаю. Молчать я могу. Но не думаю, что ваш план удастся, – покачал головой Гуров.
– Ты, главное, молчи, молчи! – повторял Берегов.
Послышался шум приближающегося автомобиля. Это ехала опергруппа…
Эпилог
К Орлову Гурова и Крячко снова пускать решительно не хотели, и им обоим пришлось пустить в ход сразу и кнут, и пряник: свое природное обаяние и удостоверение полковников МВД. Только после этого начальница медицинской части смягчилась и разрешила им пройти буквально на несколько минут, предупредив, что Орлов находится в палате интенсивной терапии, и начисто запретив его волновать.
Когда Гуров заглянул в палату, Орлов лежал с закрытыми глазами. Лев на цыпочках прошел внутрь, решив просто постоять немного и уйти, не беспокоя. Крячко шел сзади, стараясь не топать.
– Привет, сыщики! – негромко произнес Орлов сквозь сомкнутые веки. – Что застыли? Садитесь!
Гуров осторожно присел на краешек постели, поскольку стульев в палате не было.
– Как ты, Петр? – тихо спросил он.
– Да не дождетесь! – усмехнулся Орлов, открывая глаза. – Давайте рассказывайте, что у вас там.
– У нас все хорошо, – бодро начал Крячко. – Просто отлично все в главке!
– Приятно слышать. Надо мне почаще в больницу ложиться – вон у вас там сразу как все отлично.
Гуров незаметно толкнул Крячко локтем.
– Да я не в том смысле… – начал оправдываться Станислав.
– Дело раскрыли? – спросил Орлов.
– А то! – довольно хохотнул Крячко. – Мы, да не раскроем? Меньше чем в три дня! Да еще с признательными показаниями. Да вон тебе Лева пусть расскажет.
Гуров изложил обстоятельства дела Вики Каревой, о его пересечении с убийством Ксении Завьяловой и выходом на главного злодея. Орлов по-прежнему лежал с закрытыми глазами, и Лев даже подумал, что тот заснул под его рассказ. Однако когда Лев умолк, Орлов проговорил:
– Это вам просто повезло, что так сложилось.
