Я - Анастасия Гришина, женщина из маленького городка, и моя жизнь стала независимой после поездки в Сочи. Здесь я встретила Артема, который меня потрясающе заинтересовал, но не сразу. Моя любовь расцвела как цветок в горах при теплом южном солнце, и каждый день был новым открытием для меня. Понимание глубины чувств Артема и моих собственных переживаний превратило нашу связь из шумного города в тихую речную лодку на безмятежном пространстве Сочи....
Когда я приехала к цеху, чуть не упала в обморок, потому что это место напоминало сейчас муравейник. Казалось, в двери входили и выходили совершенно новые и новые люди.
– Леова, это кто? – только и смогла спросить я, когда знакомая фигура появилась в дверном проеме.
– И не спрашивай, дорогая. Сейчас здесь закончат мыть, и мы останемся одни.
– Совсем одни? – неуверенно спросила я."
"– Нет. Люк и десять женщин из провала, - хохотнула она. – Своему мастеру я уже отказала. Давай посидим здесь. Сейчас я покажу тебе все, но нужно еще минут двадцать, - она указала на ящики, что стояли прямо на краю дороги, чуть нависая над берегом, укрепленным огромными валунами, засыпанными песком.
Я решила, что здесь мы установим хорошие, удобные скамьи со спинками, а может даже пару столиков, и все, кто захочет, будут пить здесь чай, или просто отдыхать, смотря на бирюзовые волны.
Леова тоже безотрывно смотрела на воду, и что мне в ней нравилось больше всего – она делала это молча. Рядом с моим зданием была пара таких же, двухэтажных, но они были просто складами, и мимо нас изредка проезжали коляски к дальним, таким же, как у нас, еще пятерке строений.
– Ну, вроде нам пора, - Леова мотнула головой в сторону моей будущей фабрики, и я замерла: окна на обоих этажах блестели, отражая голубое небо, кирпич даже снаружи был помыт.
Внутри теперь был чистый пол, где Люк устанавливал одну из машин с тремя помощниками, остальные агрегаты ожидали своей очереди, но тоже чернели чистыми железяками. Печь и очаг топились. Хоть и чувствовалась сырость, скоро здесь все просохнет. Я оглянулась на стены внутри – кирпич был красным, будто новым. Лофт в лучшем его виде, - подумала я.
– Теперь идем туда, - указала Леова на лестницу, которая, кстати, тоже была отмыта, и кованные балясины открылись во всей своей красе.
На втором этаже тоже было чисто, но приковывали взгляд окна – в них было видно только море. Как же я мечтала жить в таком месте, а сейчас у меня здесь работа, и мое личное, огромное – в целых два этажа, помещение.
– Это женщины, что будут работать у нас, - Леова показала на толпу испуганных девушек и женщин, что безотрывно смотрели на меня.
