Я - Анастасия Гришина, женщина из маленького городка, и моя жизнь стала независимой после поездки в Сочи. Здесь я встретила Артема, который меня потрясающе заинтересовал, но не сразу. Моя любовь расцвела как цветок в горах при теплом южном солнце, и каждый день был новым открытием для меня. Понимание глубины чувств Артема и моих собственных переживаний превратило нашу связь из шумного города в тихую речную лодку на безмятежном пространстве Сочи....
У них глаза бегали, как мыши от кота, - заявила я, когда мы с ней вышли, а Марита принялась разливать привезенный из таверны в большом котле суп. Хозяин аж сам приехал, чтобы посмотреть, что это за хозяйка, которая принялась кормить своих работников таким образом.
– Били их на прошлом месте, Рузи. Били нещадно, а не пожалуешься никому, потому что и дети там.
– Где?
– Да, в монастыре этом. Сбегают оттуда много, а потом некуда, кроме провала и податься."
"– Ясно, - с горечью ответила я. Снова эти церковники.
– А не надо сердце приплетать, всем работу не дашь, а тебя и за этих небо отблагодарит, вот увидишь, - словно зная, как происходит этот расчет с высшими силами, уверенно ответила Леова, и мне захотелось верить в ее слова.
– Где они жить будут? Далеко до провала?
– Здесь будут жить. Полатей хватит. Ты поняла, чем они отличаются? Ну, что у них общего? – посмотрев на меня внимательно, спросила Леова.
– У всех детей забрали церковники…
– Да, и мужей у них нет – кто просто ушел, а кто и сгинул на тяжелой работе, так что, у них ни спереди, ни сзади.
Я рассмеялась – вот такая управляющая мне и нужна была. Она была той бабой, которая чуть больше полугода назад улетела на машине в кювет с обрыва. А здесь она боялась быть собой, потому что в шестнадцать — это не позволительно, и я ей завидовала даже, и радовалась, что могу смотреть на себя со стороны.
Глава 32
Рональд с нотариусом приехал на фабрику, как и договорились – после обеда. К этому времени Люк уже собрал некоторые станки, помещение просохло. Те женщины, что должны были работать на прялках, слушали Леову – чтобы не терять время, она объясняла, как работает машина. Чесать шерсть уже было можно, и мистер Фиц с минуту на минуту должен был подъехать.
