Автор
Мой сводный брат выиграл меня в покере. Наглый, дерзкий, невыносимый — он ненавидит весь мир и обожает риск. Одна игра, одно предательство, одно желание меняют всё. Он разрушит мою жизнь до основания, оберегая свою тайну. Всего один шаг от любви до ненависти.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Сводные. Игра на желание»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Мой сводный брат выиграл меня в покере. Наглый, дерзкий, невыносимый — он ненавидит весь мир и обожает риск. Одна игра, одно предательство, одно желание меняют всё. Он разрушит мою жизнь до основания, оберегая свою тайну. Всего один шаг от любви до ненависти.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Мой сводный брат выиграл меня в покере. Наглый, дерзкий, невыносимый — он ненавидит весь мир и обожает риск. Одна игра, одно предательство, одно желание меняют всё. Он разрушит мою жизнь до основания, оберегая свою тайну. Всего один шаг от любви до ненависти.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Спасибо, — хриплю подруге и без сил закрываю глаза, чувствуя, как по щекам продолжают течь обжигающие слезы.
Глава 29
Кит
Чиркаю зажигалкой уже раз в десятый, подношу ее к сигарете и не могу прикурить. Руки ходят ходуном как у херова алкаша с бодуна. Пробую еще и еще. Я же, блядь, упрямый!"
"Трясти начинает еще сильнее. Зажигалка летит в стену университетского сортира. Туда же врезается мой кулак. Взвыв от боли, обнимаю раненую конечность. В башке все взрывается и кость ломит до самого плеча. Подставляю кулак под холодную воду. В раковину стремительно стекает розовая от моей крови вода. Сердце долбит так, что трещат ребра. Еще немного и оно пробьет кости. Рука уже онемела от боли и ледяной воды, но я все равно держу ее там и смотрю на себя в зеркало. За моей спиной возникает мужская фигура. Агонизирующий мозг не сразу понимает, кто это. Меня хватают за плечо, кидают на стену, удерживая одной рукой, второй лупят чуть выше пупка так, что у меня начинают гореть легкие. Хватаю ртом воздух, кашляю как чахоточный. Глаза слезятся. Пиздец просто.
— Ты охуел?! — хриплю преподу по английскому.
— Кто-то же должен был это сделать, — он вдавливает меня лопаткой в стену.
Больно!
— Пусти! — дергаюсь и получаю еще один удар в то же место. Меня снова сгибает пополам. — Ты труп, — сиплю ему.
— А давай снимем кино о том, как великого Кирилла Толмачева избивают в туалете и макают башкой в унитаз, — зло цедит он, — а потом разошлем по чатам всего курса? Ты же любишь снимать кино! — еще один удар и я просто сползаю по стене.
Препод отходит от меня, но совсем уходить явно не собирается. До меня медленно доходит, что он где - то видел мое кино и пизды сейчас я получил заслуженно. Но! От него! За Ладу! Какого хера?
— Ее только что забрали домой. Бледную, заплаканную, растерянную и молчаливую, — каждое его слово забивает гвоздь мне в грудак, но я не дергаюсь. Прикрыв глаза и уперев затылок в стену, слушаю. — Знаешь, что бывает потом с такими девочками? — он присаживается передо мной на корточки и облокачивается спиной о дверь одной из туалетных кабинок.
— Тебе то что? Студентка понравилась? — хмыкаю я, чувствуя, как по венам раскаленной лавой расползается проклятая ревность.
— Ты разнес в щепки ее мир, Кит. Своими руками. Осознанно. У тебя больше нет права на те чувства, что ты сейчас демонстрируешь. Ты будешь захлебываться ими, они будут жрать тебя изнутри, но отдать их ей, чтобы самому стало легче, не выйдет. Если психика не выдержит и тебя сорвет, ты снова окажешься там, где мы с тобой уже виделись четыре года назад, — усмехается он. — Не помнишь? — отрицательно дергаю головой, внимательнее всматриваясь в его лицо. — А я тебя запомнил. Брошенного всеми подростка с таким же затравленным взглядом, как был сегодня у Лады.
