Когда Беркули очнулся, он стоял на одном колене, а из новой раны на левой щеке звучно капала на землю кровь.
«Пятьсот восемь. Ещё немного. Осталось продержаться совсем чуть-чуть».
С трудом поднявшись, Беркули развернулся к императору, стоявшему позади.
На прежде безмятежном лице Вектора появилось лёгкое отвращение. Похоже, виной тому была капля крови Беркули, которая попала на его щёку после недавней атаки.
— Мне надоело, — прошептал Вектор, стирая красное пятно пальцем, и шагнул вперёд, вставая в лужу крови Беркули. — Твоя душа слишком тяжёлая и густая. Она прилипает к языку. Кроме того, она однородная. В тебе нет ничего, кроме желания убить меня, — продолжил император равнодушным тоном и сделал ещё шаг. — Просто исчезни.
Он беззвучно занёс чёрный меч, и клинок окутал вязкий свет.
Беркули не изменился в лице, но стиснул зубы.
«Осталось немного. Всего лишь тридцать секунд».
— Хе… Ты бы так не говорил. Я всё ещё могу развлечь тебя.
Шатаясь из стороны в сторону, Беркули сделал несколько неуверенных шагов и с трудом поднял меч.
— Где… ты? Куда ты подевался? А, туда?..
Командир рыцарей взмахнул мечом, глядя пустыми глазами. Остриё клинка ударилось о камень под ногами, и Беркули пошатнулся.
— Ой… Значит, сюда?..
Следующий удар пришёлся в пустоту, но Беркули продолжал переставлять ноги, шаркая при каждом шаге. Он потерял так много крови, что лишился и зрения, и ясности разума… казалось бы.
Но первый и единственный командир рыцарей единства только изображал бессилие. На самом деле его полуприкрытые серо-голубые глаза внимательно изучали кое-что.
За десять минут бессмысленных атак небольшая площадка на вершине монолита была вся забрызгана кровью Беркули и истоптана отпечатками сапог императора и кожаных сандалий рыцаря.
Можно сказать, следы хранили историю перемещений обоих бойцов.
Хотя Беркули продолжал изображать помутнение разума, на самом деле он искал самые потемневшие, самые сухие следы императора, которые тот оставил, десять минут назад отрубив руку командиру рыцарей.
Именно тогда Беркули начал подсознательно считать секунды.
Десять минут назад император стоял именно там, где эти следы. Все остальные указывают, как он двигался в течение остального времени.
«Пятьсот восемьдесят девять. Пятьсот девяносто».
— Оппа… Я… тебя… нашёл, — вяло пробормотал Беркули и, шатаясь из стороны в сторону, занёс «Пронзатель времени» перед совершенно пустым местом.