Дима слушал звонок, когда жена пыталась уговорить его вернуться домой. Трижды ему предлагали объяснить их отношения - ни разу не сработала попытка. Семья выглядела идеально: отличный парень и его кошелек, но в этом мире без романтики уже год. А что нарушало? Кажется, ноль разницы......
Если бы не Лика, не знаю, как бы вообще выкарабкался из этой задницы.
Девчонка справлялась отлично. О помощи её никто не просил, да и не обязана была, особенно после всех моих упреков и подозрений. Но обида к ней словно не приставала. Вместо того, чтобы со спокойной совестью обчищать мой счёт, Лика мерила мне температуру, пичкала лекарствами и заставляла есть.
Она заботилась. Без просьб и расчета. Просто потому, что для неё это было естественно. На фоне этой заботы моя прошлая семейная жизнь казалась постановкой театра абсурда.
Тогда, в общем-то, ничего и не было. Сейчас, глядя в затуманенные от наслаждения глаза моей пичужки, это стало ясно как день. Не было! Ни желания, сносящего крышу. Ни потребности ощущать другого рядом. Ни кайфа от того, как, пульсируя над губами, сжимается лоно, и дрожат на моих плечах пальцы.
Ни хрена не было! Даже в спорах с Ликой жизнь ощущалась сильнее, чем во время самого жаркого секса с бывшей женой.
Прошло всего три недели с приезда моих девчонок, а я, кажется, окончательно увяз.
* * *С возрастом меняться сложно, привычки и ритм прирастают как вторая кожа, но, то ли последствие температуры, то ли целебный компот, на третий день я остался дома.
Жизнь в автоцентре продолжалась без меня. Системный администратор наладил удаленный доступ к видеокамерам, которым я так и не воспользовался.
Вместо работы мы втроем устроились на диване и, словно какой-нибудь сериал, начали смотреть на Ютубе оцифрованные диафильмы.
На экране сменялись картинки с историей про Простоквашино. На журнальном столике красовались нарезанные фрукты со шпажками. Никто никуда не спешил.
Самое странное дело, каким я когда-либо занимался в будние дни. Прежний я счёл бы подобное пустой тратой времени. Скукой смертной! Но сейчас звонкий хохот Веры и теплая ладонь Лики на моём плече не заставили бы променять это занятие ни на что другое на свете.
