В этой книге ты окажешься в потрясающей ситуации: бесправной рабыне, которую превратили из юриста в бесправную собственность могущественного дракона. Страх и нервное напряжение переполняют тебя, когда понимаешь, что бежать тебе некуда — только одна застекленная комната со склоняющимся над тобой драконом....
— Она указала на сложенные на лавке и расшитые красным платье, юбку и передник.
Какой х… хороший какой мне дракон попался.
— А что случается с вирой после? — Я подняла взгляд. — Ну, после того, как ребенок появится? Или не появится?
Илинка и матушка Велка старательно отвели глаза.
— Кто-нибудь из женщин вообще возвращался после того, как дракон их забирал? От них были какие-то письма? Весточки? Сплетни?!
Мои собеседницы переглянулись.
— Никто из людей не знает, да?
Драпать надо отсюда, пока жива.
Глава 7
Я выяснила, что дракону меня собирались отдать, когда стемнеет, с первой звездой.
Времени оставалось не так уж много.
— Мы соберем тебе поесть. Нужно набраться сил, — сказала Илинка, погладила меня по голове, как девочку. — Ты пока тут побудь, Огненному хвалу вознеси, подумай.
— Может, вы мне лучше сбежать поможете? — язвительно откликнулась я.
Еды они мне соберут, ишь какие заботливые!
Меня уже успели одеть по здешней моде: рубашка, юбка и передник, расшитые ярко-алыми узорами, как будто огнем, а еще — височные кольца, легкие, украшенные бирюзовыми и темно-зеленым камушками.
Красиво, но чувствовала я себя во всем этом как овца, идущая на заклание.
— Люди здесь тебе не помощники, — отрезала матушка Велка. — Молись Огненному. Правда там, где сердце, помнишь? Сама выбрала, деточка. Должна заплатить.
В темноте ее глаза показались вдруг черными.
— Что? — ахнула я и схватила ее за плечи. — Что ты сказала?
Матушка Велка моргнула светлыми глазами.
— Что? А что я сказала, милая?
Смотрела она на меня удивленно, сочувствующе и простодушно.
— Показалось, — выдавила я.
Дождавшись, пока Илинка и матушка Велка выйдут, я сняла с головы тесемку, к которой крепились височные кольца. Жалко будет их потерять в лесу.
— Ну что, Огненный, поможешь? — пробормотала я.
Подойдя к двери, замерла: снаружи были слышны шаги. Неужели охрана? Или Илинка так рано вернулась?
Кажется, человек один. Может, кто-то решил пройти мимо?..
Я замерла, зажмурилась, а потом открыла глаза, уставилась на чадящий на столе пучок травы — матушка Велка назвала ее пламенником, драконьей травой.
Дыма становилось все больше, он царапал ноздри и горло, пах горечью и душил. Искорка в глубине пучка становилась все меньше, как будто уводила за собой куда-то. Я попыталась отвернуться, но не смогла.
Нужно открыть дверь. Выйти наружу, тут слишком душно, слишком темно. Стены давят, и это плохо.
